Заповедный фонд: новые горизонты и старые проблемы
Svet Zabelin
Заповедный фонд: новые горизонты и старые проблемы
В январе Минприроды представило в Госдуме проект стратегии развития особо охраняемых природных территорий до 2036 года. В России создана система ООПТ, которая включает более 12 тысяч объектов федерального, регионального и местного значения. Их общая площадь составляет около 245 миллионов гектаров, или приблизительно 13 процентов территории страны. «Несмотря на огромный научный и экономический потенциал этой обширной сети, назрела объективная необходимость в реформировании системы управления заповедным фондом, — констатировал Александр Закондырин. — Её основные проблемы — отсутствие единого документа для стратегического планирования в отрасли, множество нерешённых земельных и имущественных вопросов, недостаточное и нестабильное финансирование, дефицит квалифицированных кадров, а также устаревшая управленческая модель».
Принятие Стратегии развития системы ООПТ до 2036 года имеет важное значение. Устойчивое развитие заповедной системы опирается на три взаимосвязанных практических направления. Первое — расширение сети ООПТ и повышение её репрезентативности. Стратегия ставит конкретные цели: увеличить долю охраняемых сухопутных территорий до 17 процентов площади страны, а морских акваторий — до 5 процентов. Эти задачи соответствуют глобальной природоохранной цели «30x30» и позволят обеспечить защиту экосистем, которые пока недостаточно представлены в системе ООПТ: степей, болот и арктических ландшафтов.
Второе ключевое направление — внедрение передовых технологий в управление и охрану территорий. Речь идёт о широком использовании цифровых решений: беспилотных летательных аппаратов, спутникового дистанционного зондирования Земли и систем «умного» патрулирования, а также создании единой автоматизированной системы для сбора и анализа данных. Это поможет принимать научно обоснованные управленческие решения, обеспечит эффективный мониторинг состояния экосистем и поможет решать современные задачи, включая адаптацию к изменению климата и контроль над инвазивными видами.
Третье направление связано с укреплением кадрового и институционального потенциала. Для этого необходим профессиональный стандарт для специалистов заповедного дела, нужно создать современную систему подготовки и мотивации кадров, а также усилить полномочия государственных инспекторов на ООПТ. Без сбалансированной реализации всех трёх мер существует риск, что развитие системы заповедных территорий будет неэффективным.
Границы ООПТ: пробелы в законе 1995 года
Законодательные изменения для ООПТ, которые ожидаются в текущем году, вызывают немало вопросов у защитников природы. Особенно бурные споры ведутся вокруг законопроекта, разрешающего менять границы заповедных территорий. Александр Закондырин пояснил позицию института: «Создание новых ООПТ и охрана биоразнообразия являются основополагающими принципами законодательства. Они закреплены в федеральном законе „Об особо охраняемых природных территориях“ от 1995 года. Но в этом законе существует значительный пробел: в нём полностью отсутствуют процедуры изменения границ уже действующих ООПТ. Между тем потребность в таких изменениях — как для расширения, так и, в исключительных случаях, для сокращения площади — возникает регулярно в силу объективных причин».
Законопроект должен установить для всех регионов единые, понятные и чёткие правила. В нём должно быть прописано, как именно можно менять границы заповедных земель и размещать на них объекты. Окончательное решение будут принимать специальные комиссии — федеральная или региональная, в зависимости от статуса территории.
«При рассмотрении конкретных случаев в работе федеральной комиссии будут участвовать представители региональных и местных властей, у которых будет право голоса, — уточнил директор „ВНИИ Экология“. — В состав комиссий также войдут независимые эксперты и учёные. Важно, чтобы такие решения были взвешенными и учитывали конкретную ситуацию. Речь не идёт о массовом изменении границ или сокращении площадей заповедников».
Научные кластеры на заповедных землях и «Чёрная книга»
Александр Закондырин убеждён, что ООПТ могут и должны развиваться как полноценные научные кластеры. Это помогает реализовывать долгосрочные исследовательские программы: изучать климатические изменения, вести мониторинг популяций редких видов, отрабатывать методы борьбы с инвазивными организмами и оценивать влияние экологического туризма на природные экосистемы.
«Одно из приоритетных направлений — исследование инвазивных видов, — подчеркнул глава института. — По оценкам ООН, в каждом регионе мира их уже зафиксировано не менее 3500, и их распространение представляет прямую угрозу как для биоразнообразия, так и для экономики, вызывая ежегодные глобальные потери в сотни миллионов долларов. Для системной работы с этой проблемой в России в ближайшее время должен появиться официальный список опасных видов. Наш институт совместно с Российской академией наук готовит так называемую „Чёрную книгу инвазивных видов“. Этот документ не только систематизирует информацию об угрозах, но и будет содержать практические рекомендации по борьбе с ними».
Что касается пилотных площадок, то первая из них может быть создана в обозримом будущем на базе Сочинского национального парка. Территория этой ООПТ может быть расширена за счёт возвращения в её состав некоторых земель, утраченных в 1990‑х годах.
Отдельное ведомство для заповедников: две модели управления
В рамках обсуждения стратегии развития ООПТ рассматривается возможность создания специализированного федерального агентства по управлению ими. Система ООПТ в России очень обширна и географически разрознена, поэтому централизованное управление ею из одного органа — сложная задача. Одной из ключевых функций нового агентства могла бы стать комплексная инвентаризация всех ООПТ.
«Это необходимо, чтобы понимать, какие именно природные объекты находятся под охраной, и оценивать их реальную ценность — природоохранную, научную, рекреационную, — пояснил Александр Закондырин. — Такая инвентаризация должна стать основой для всех дальнейших управленческих решений. Кроме того, важно повысить прозрачность и эффективность управления по всем направлениям — от решения хозяйственных вопросов до организации охраны территорий».
При этом можно рассмотреть разные модели управления. Первый вариант — полная централизация по аналогии с Росприроднадзором, когда единая федеральная структура берёт на себя все полномочия. Второй — более децентрализованная модель, как в Рослесхозе: часть функций, таких как содержание территорий, борьба с пожарами и браконьерством, передаётся в регионы. В этом случае федеральный центр может сосредоточиться на законотворчестве, общем контроле и координации научной деятельности.
https://ecoportal.su/news/view/132043.html«Окончательный выбор модели будет зависеть от того, какой подход в итоге окажется более эффективным для сохранения уникальной природы России», — резюмировал директор «ВНИИ Экология».