ЗАПРЯТАННАЯ ИСТОРИЯ ТАТАР
Säğit Xäyri
ВСТУПЛЕНИЕ.
1.Освободительная борьба народов Поволжья после падения Казанского Ханства.
2.Бунт Сеита-Тюлекея.
3.Начало царствования Петра I.
4.Алдар-Кусюмовское восстание.
5.Усиление колониального гнета.
6.Акай-кильмяковский мятеж.
7.Годы мук и слез.
7.1. Угнетение крестьян.
7.2.Муки лашманства.
7.3. Истязания на заводах.
7.4. Политика насильственного крещения.
8. Восстание Батырши.
ЗАКЛЮЧНИЕ.
Список литературы.
ВСТУПЛЕНИЕ.
Вряд ли в империи, называемой ныне Российской Федерацией, найдется, кроме татар, еще одна нация, так непочтительно, если не сказать беспечно, относящаяся к своему прошлому, своей истории. История для народа - все равно что аксакал для семьи. В мусульманском мире аксакалы, их опыт, учения, призывы, советы были превыше всего. Но вот парадокс... В школах нашей республики уж сколько десятилетий шло преподавание истории родного края и родного народа по учебнику "История Татарской АССР". Он даже наполовину не раскрывал историю татарского народа и был написан, естественно, под "руководством" русских "ученых". Программы вузовских факультетов, где готовили и готовят специалистов-историков, лишь мимоходом и до ужаса поверхностно освещают путь, пройденный татарским народом. И даже детей, приезжающих на экскурсию в Казань, у ворот священного Кремля, который являлся сердцем нашего бывшего государства, встречает русский "специалист"-гид; и он, демонстрируя найденные после археологических раскопок "русские" оружия, стремится отравить детские невинные души ложной мыслью, что его предки поселились на этих землях "еще тысячу лет назад"...
Татарский народ, к сожалению, даже наполовину не знает свою историю. Потому что в школах в течение десятилетий мы изучали лишь русскую историю. В школьных или вузовских учебниках, если и упоминалось имя татар, то всегда только в оскорбительном контексте: дескать, именно этот отсталый и жестокий народ установил иго и в течение веков тормозил "прогрессивное" "развитие" русского государства. Поэтому не только уничтожение Казанского ханства палачами Ивана Кровавого, но даже завоевание русскими Прибалтики и Кавказа, Средней Азии, Сибири и Дальнего Востока преподносилось исключительно как "прогрессивное" явление. Подхватили эту насквозь фальшивую песенку и представители нашей нации: немало "ученых" защитило кандидатские и докторские диссертации. Но, кроме М. Худякова и Л. Гумилева, ни у кого из тысяч русских, татарских и иных ученых не хватило смелости написать научный труд о том, какое страшное бедствие принесли русские колонизаторы другим народам. Об уничтоженных государствах и городах, исчезнувших нациях и языках молчали все. Каждая "историческая" книга всегда "успешно" обходила такие "прогрессивные" явления. Даже наоборот. И московские "гениальные историки", стремившиеся изобразить русский народ как ангела, и "ученые"-манкурты, подпевавшие ради мягких кресел и жирных подачек "старшим братьям", лезли из кожи вон, чтобы очернить истинную историю. Оказывается, по их мнению, прибалтийские народы страдали под шведским игом, а кавказские нации гибли из-за разбоя и грабежей, чинимых иранцами или турками. Мусульмане Средней Азии, разделенные на три Жуза (плюс Хивинские и Бухарские ханства), оказывается, никак не могли поладить друг с другом и самоуничтожались; вдобавок им якобы грозило рабство со стороны китайских императоров. Далее. Все без исключения малые народности, расселенные от Кольского полуострова до Тихого океана, оказывается, терпели гнет от сибирских татар, а якуты, нанайцы, манси, ханты, коми, эвенки даже представления не имели о земледелии, и им было уготовлено исчезновение от голода... А в истории человечества русский народ, оказывается, выделялся своей гуманностью, прогрессивностью, стремлением помочь другим. Якобы только из-за вынужденной необходимости он "освобождал" кавказские и прибалтийские народы от "иноземного ига", "примирял" среднеазиатских мусульман (вплоть до Афганистана), "спас" от голодной смерти все сибирские народности. Вот видите, оказывается, русский народ стал обладателем одной шестой части земли из-за суровой необходимости, и то - как мировой судья или сострадающий старший брат. Воистину, где плюнул русский солдат - там "исконно русская" земля...
Вот такой ложной историей и фальшивой политикой отравляли наше сознание. А вся история других народов, их победы и успехи в экономике, промышленности, градостроительстве, военном деле, искусстве и науке, достигнутые еще до завоевания русскими колонизаторами, или просто-напросто замалчивались, или присваивались тем же "старшим братом". Не потому ли сегодня не только березы, леса, реки, степи, острова, но и чай, баня, веник, чайник, кувшин, пряники... даже деготь - все "русское"...
Наши булгарские предки приняли религию в 922 году, раньше, чем русские. У нас наука и искусство еще тогда получили расцвет. Лучшие сыны татарского народа обучались не только в булгарских медресе, но и в Бухаре, Самарканде. Караваны древних булгарских купцов колесили не только по русским княжествам, но еще и по Средней Азии, Крыму, Кавказу, даже по Скандинавии. Наши ювелиры и оружейники восхищали весь мир, выделанная нашими предками искусная кожа - "булгарский юфть" - вошла во всемирную историю. Наши предки славились прекрасными банями, восьмиминаретными величественными мечетями; окруженными высокими дубовыми стенами, искусственными водными каналами, крутыми земляными валами, неприступными военными крепостями. В годы засушья Великий Булгар отправлял сотнями ладьями хлеб, тем самым множество раз спасал русский народ от голодной смерти. Булгарский народ подарил человечеству великого Кул Гали. Наши предки намного раньше, чем русские, еще в XII веке, плавили чугун. В то время, когда русский народ, раздробившись на сотни мелких княжеств, вел между собой нескончаемую братоубийственную войну, Великий Булгар отличался единством и военной мощью. Вот потому и отнюдь не случайно, когда в 1223 году русские войска на реке Калка потерпели позорное поражение, наши булгарские предки в том же году первыми в истории победили монгольскую орду. Разъяренный Субэдей еще дважды - в 1229 и 1232 годах - с 30-40-тысячными полчищами нападал на Булгарское государство. Но оба раза он потерпел позорное поражение на Жигулевских горах и вынужден был отступить в Азию. В 1236 году громаднейшую армию, состоявшую из 150 тысяч всадников, возглавил уже сам Батый-хан. И первой жертвой среди европейских государств он выбрал непокорную, сильную, единую Великую Булгарию. Штурм столицы государства шел 45 дней. Монгольские захватчики лишь после стольких усилий ворвались в Биляр. А ведь это же войско одолело город Владимир, где восседал великий русский князь Георгий Всеволодович, всего лишь через 5 дней...
Вот таковы они, реальные страницы седой истории. Но, к великому сожалению, народ их не знает. Из поколения в поколение ведется оболванивание масс ложной историей. Все, что было славного в истории других наций и народностей, населявших территорию нынешней империи, присваивается русскими. История же малых народов в основном замалчивается или же она преподносится так, что "меньшие братья" вынуждены бывают "свое" прошлое не афишировать. А если и случаются открытия инородными (все нации и народности в Российской империи, кроме русских, естественно, по русской же логике - инородцы) учеными, то часто они приводят к перетягиванию каната,
т.е. к претензии на данный успех со стороны нескольких малых народов. Так славные подвиги одной нации присваиваются чужими "учеными" ради восхваления своего народа. Раздетые догола русскими малые народы в бесконечном раздоре между собой пытаются прикрыться латано-перелатаными историческими одежками. Поэтому, наверное, даже у таких известных памятников литературы, как поэмы "Юсуф и Зулейха", "Хосров и Ширин", "имеются" по нескольку авторов. А литературных корифеев Мухамметьяра и Акмуллу никак не могут "поделить" казахи, башкиры и татары. Мусульманские ученые чернят друг друга, не ищут перемирия. А московские "интеллигенты" довольно посмеиваются. Так торжествует кровавый принцип "разделяй и властвуй!"...
Собственно, история татарского народа тоже обкрадена и оболгана. Период с 1236 года - даты разгрома монгольскими полчищами Булгарского государства - и до 1437 года (создание Казанского ханства) вовсе вычеркнут из прошлого наших предков. Да и события, произошедшие после покорения Казани Иваном Грозным, почти не освещены в книгах по истории. Не встретите вы популярных книг и об истории XVII-XIX веков.
Мы можем перечислить сотни научных и художественных книг про крестьянские войны под предводительством Степана Разина и Емельяна Пугачева, написанных как русскими, так и "инородными" авторами. Имя башкирского героя Салавата Юлаева знакомо сегодня почти каждому ребенку, едва переступившему школьный порог. И в то же время татарский народ сегодня не знает ни то что биографии и подвиги, но даже полных имен своих героев. Таких, к примеру, как Канзафар Усаев и Бахтияр Канкаев, удостоившихся наравне с Салаватом бригадирского звания в армии "государя Петра III", полковники Мясогут Гумеров, Абзялил Сулейманов, Исхак Ахметов, Муса Алиев, Ярмухамет Кадырметов, Садык Сеитов, Муса Мустафин, Юсуф Енгалычев, Абдулла Туктаров, Аит Уразметов, Асылгужа Мутачев, Рахмангул Дуслиев, Абдулфаик Усманов, Абдулла Мустаев и десятки других предводителей отрядов. За исключением работы доктора исторических наук Саляма Алишева "КаҺарман бабайлар" ("Наши славные предки"), увидевшей свет в 1976 году, да и то малым тиражом, у нас нет ни одной книги на татарском языке, посвященной крестьянским восстаниям, тем более - освободительному движению татар, борьбе против русской колонизации.
Печально, но факт: сегодня наше молодое поколение почти совсем не интересуется прошлым своего народа. Вот и бытует ложное представление, будто "татарский народ смирился с фактом порабощения русскими уже в 1552 году и после вовсе не пытался бороться за свою независимость, за возрождение своего государства". И ту справедливую, священную борьбу, которую мы ведем сегодня ради построения свободной от московского диктата и грабежа независимой Республики Татарстан, русские "политики" и подпевающие им манкурты пытаются преподнести как выдуманное старой номенклатурой и необоснованное действо, фактами неподтвержденное желание или же как движение, порожденное горбачевской "перестройкой".
В действительности же как татары, так и чуваши, башкиры, черемисы, вотяки и другие народы, населявшие Казанское ханство, никогда не смирялись со своим рабством. Уже в 1552 году они, объединившись, начали справедливую освободительную борьбу против русского гнета, за воссоздание Казанского ханства. Освободительные восстания повторялись через каждые 10-15 лет. Эту священную войну возглавляли в разные годы Мамыш-Берды, Али-Акрам, Сарый-багатур, Джансеит, Джангали Шугуров, Сеит Ягафаров, Тюлекей-батыр, его сын Кусюм Тюлекеев, Алдар Исянгильдин (Исякаев), Кильмяк Нурушев, сын Кусюма Акай, сын Акая Абдулла, Карасакал, Батырша (Абдулла Галиев), Мурат-мулла и десятки других славных героев. Ради спасения своей нации от русского ига все они сложили головы или на поле брани, или на виселицах.
Нетрудно заметить, что в ходе проведенных боев за независимость выросли целые династии предводителей, такие, как Тюлекей -Кусюм - Акай - Абдулла. Тюлекей-батыр возглавил борьбу в 1682-1684 годах, восстание 1705-1711 годов - Кусюм, предводителем восстания 1735-1740 годов стали Акай и Абдулла. Причем у Тюлекея и Акая жизнь прервалась на виселицах. Такое самопожертвование, такое беззаветное служение своему народу, такой героизм - это, наверняка, единственный пример из истории всего человечества. Если бы любая другая нация имела подобный аналог, то, уверены, она сложила бы песни о легендарной династии, создала бы романы, в их честь возвела бы памятники, их имена присвоила бы городам и весям. Но, как это ни удивительно и прискорбно, сегодня даже доктора наук не знают полные имена своих славных предков...
Освободительные войны XVII-XVIII веков разворачивались в Казанской, Уфимской, Оренбургской губерниях, охватывали почти всю территорию от Волги до Урала. Кроме татар и башкир в них нередко участвовали представители и черемис, чувашей, мордвы, удмуртов. Но в подготовленных московскими "учеными" книгах или одобренных ими же других исторических учебниках большинство из этих восстаний преподносились как выступления лишь башкирского народа. Московским политикам, да и уфимским ученым в советское время выгоднее было именно такое толкование. Ибо, как известно из советских учебников, башкирский народ в 1553 году "добровольно" вошел в состав русского государства. А то, что "от имени башкирского народа" преклонили перед Иваном Грозным головы всего лишь три ходока-предателя: мурза Бикбов из Усерганского рода, Мушул Каракузяк от кара-кипчакцев и Шигали Шигман из тамьянцев - это было спрятано за черный занавес. Зато показ освободительных восстаний XVII-XVIII веков исключительно башкирскими рекламировался вовсю. Ибо и через века цель московских правителей осталась той же: вбить клин между татарами и башкирами и, в конечном итоге, поссорить эти два родственных народа.
В действительности история татарского и башкирского народов, как издревле, так и после их порабощения русскими, сплетена настолько крепко, что их нельзя рассматривать в отрыве друг от друга. В любом национально-освободительном восстании после 1552 года эти два народа плечом к плечу выходили на поле брани, сообща праздновали победы, вместе же хоронили павших. До 1742 Уфимская провинция подчинялась Казани. После этого, и опять же с целью разъединения двух родственных народов, эту провинцию передали под ведомство Оренбурга или выделили в отдельную губернию. Мензелинский уезд и вся территория Бугульминского ведомства, почти полностью состоящие из татар, передавались в Уфимское, Оренбургское, Казанское подчинение и выглядели как безродные и бедные сироты. А основную тяжесть всех освободительных восстаний несли, в первую очередь, именно эти два уезда. Основные, решающие бои с карателями происходили на территориях таких районов, как Актанышский, Муслюмовский, Мензелинский, Тукаевский, Сармановский, Заинский, Азнакаевский., Альметьевский, Черемшанский, Лениногорский, Бугульминский, Ютазинский, Бавлинский, которые в свое время были подчинены Уфимской или Оренбургской администрации, а ныне входят в состав Татарстана. Татарские крестьяне этих районов нередко становились решающей силой в ходе восстаний, и они же первыми встречали карателей, чаще других подвергались грабежу, разбою со стороны царских полков.
Не можем не остановиться еще на одном моменте. Тысячи представителей татарского народа, спасаясь от порабощения и насильственного крещения, стали убегать в Закамье и поселяться вдоль рек Белая, Ик, Сюнь, Чермесян, Танып, Тулва, Уфа, Аи сразу же после падения Казанского ханства. Еще в XVI-XVII веках, судя по историческим документам, датированным 1574, 1682, 1705, 1711 годами, на территории нынешнего Башкортостана были основаны такие татарские села, как Карышбашево, Киги, Атов, Юкаликулево, Турышево, Явгильди, Арсланово, Мустафино, Тулюково, Тамьяново, Сеитово, Илмурзино, Байгузино, Имангулово и десятки, десятки других. Поселившись на территории полукочевого народа, татары сразу же стали возводить мечети, открывать медресе, осваивали земледелие, обменивались невестами, справляли совместные свадьбы. Происходила естественная в этих условиях ассимиляция татарского и башкирского народов. И, безусловно, когда на их земли вступали карательные полки или грабили их царские чиновники, то татары и башкиры совместно поднимались в защиту друг друга, вместе же выносили все тяготы и лишения.
Видимо, именно поэтому башкирские старшины всегда с распростертыми объятиями встречали все новых и новых переселенцев-татар и наделяли их лесами, озерами, лугами, землей. Чтобы разъединить два родственных народа, царское правительство в начале XVIII века неоднократно посылало регулярные полки с целью насильственного возвращения беглых татар в Казанский уезд. Но где бы не появлялись царские отряды, башкиры первыми поднимались в защиту татар. Не помогло и издание Анной Иоанновной в 1736 году специального Указа о запрещении браков между татарами и башкирами. Татарские семьи по-прежнему продолжали поселяться между Камой и Уралом, и эти земли уже сотни лет назад стали для них родными. Для подтверждения своих слов приведем и цифры. Если в середине XVIII века на территории Башкортостана насчитывалось 412 тысяч жителей, то более 200 тысяч из них составляли переселенцы. В то время (уже в то время!) царские чиновники разделяли татар на три группы: тептяри, мишары и казанские татары (большевистское руководство их переплюнуло: татар сегодня разбили на казанских, сибирских, крымских, ногайских, астраханских, даже нижгарских). В 1747 году в Башкортостане проживало 57500 тептярей и 10100 мишарей. О казанских же татарах обособленных данных нет. Известны данные, появившиеся позже: в 1917 году здесь проживало 650 тысяч татар, башкиры же в 1920 году составляли 524 тысячи человек (
Р.Сибагат. Башкортостан татарлары џђм аларныћ теле. "Казан утлары", 1992, №1).
Вернемся, однако, к истории национально-освободительной борьбы и обратим внимание еще на одну особенность. Где бы ни вспыхивали восстания, в XVI-XVII веках основной удар повстанцев, как правило, был направлен на важнейшие форпосты колонизаторов - Уфу, Мензелинск и Казань. Именно здесь сосредотачивались русские карательные отряды и ненасытные царские чиновники. В ходе восстаний жители практически всех татарских сел, расположенных между Уфой и Казанью, активно включались в повстанческие отряды. Причем частенько именно они становились решающей силой в борьбе против колонизаторов. Соответственно и каратели обрушивали свои кровавые удары в первую очередь на татарские села, входящие ныне в Сабинский, Пестречинский, Балтасинский, Мамадышский, Рыбно-Слободский, Азнакаевский, Елабужский, Мензелинский, Актанышский, Тукаевский, Сармановский, Муслюмовский, Бугульминский, Агрызский и другие районы.
Исходя из вышеперечисленных доводов, мы с полным основанием можем утверждать, что все восстания XVI-XVII веков - это ни что иное, как совместная борьба татарского и башкирского, нередко и марийского, чувашского, удмуртского народов
против колониального ига. Борьба за национальную свободу и возрождение Казанского ханства.
1.ОСВОБОДИТЕЛЬНАЯ БОРЬБА НАРОДОВ ПОВОЛЖЬЯ ПОСЛЕ ПАДЕНИЯ КАЗАНСКОГО ХАНСТВА.
Самым черным, самым трагическим днем в истории татарского народа стало 15 октября 1552 года. Именно тогда после 41-дневного штурма пала столица и 150-тысячная армия Ивана Грозного разгромила цветущее Казанское ханство. 30-тысячнос войско защитников Казани в ходе боев было поголовно уничтожено. Кровавого Ивана не удовлетворили и такие жертвы. После вторжения в Казань русские колонизаторы произвели страшную резню. "Все мужское население громадного города было истреблено. Из мужчин был оставлен в живых лишь один хан Ядыгар... Немало было убито и женщин... С женщинами было поступлено также жестоко: царь отдал их в полное распоряжение своим солдатам" (М. Худяков. "Очерки по истории Казанского ханства". - Полные данные об использованной литературе приведены в конце книги). Каждый русский солдат завладел татарским пленным. "Грабеж начался сразу же, как только русские ворвались в город... Город представлял ужасное зрелище: пылали пожары, дома были разграблены, улицы были завалены трупами, везде виднелись потоки крови" (М. Худяков). Для въезда Ивана Грозного в город едва смогли очистить одну улицу, и то в длину всего сто сажен.
"Чудовищное избиение жителей взятой Казани составляет одну из самых тяжелых страниц русской истории. Такою колоссальною гекатомбою (преднамеренное умерщвление огромного количества людей - В. И.) человеческих жертв закончился "крестовый поход" христолюбивого воинства против казанцев, первое выступление русского государства на путь территориальных завоеваний" (М. Худяков).
Столица пала. Город был разграблен. Погибли тысячи произведений высокого мастерства и искусства. Богатству народа, накопленному целыми поколениями, был нанесен страшный удар. Были стерты с лица земли прекрасные мечети, ханский дворец, другие архитектурные памятники. Национальная библиотека, а значит, вместе с ним и часть истории татарского народа были уничтожены. Тысячи женщин и детей были увезены в плен. Но не был сломлен свободолюбивый дух народов, населявших Казанское ханство. Почти сразу же после отъезда Ивана Грозного на территории бывшего ханства вспыхнули первые выступления за независимость.
Уже в начале 1553 года в 70 верстах от Казани, у реки Мёша, был создан первый отряд восставших. Его предводителями стали Джансеит и Сарый-батыр. Восставшие соорудили здесь крепость Мёша-Тамак и оттуда нападали на сборщиков ясака. Из Свияжска против них был направлен карательный отряд Б. Салтыкова. Повстанцы его успешно одолели. Они убили более 200 карателей, самого Салтыкова и еще 200 человек взяли в плен.
Еще более крупное повстанческое войско собрал Мамыш-Берды. Своим местом пребывания он избрал Чалымскую крепость, что на 15 верст ниже Козмодемьянска, в 160 верстах от Казани, на правом берегу Волги. Повстанцы Мамыша-Берды решили воссоздать Казанское ханство и на трон пригласили брата царицы Сююмбике -мурзу Али-Акрама. Большое войско в помощь восставшим обещал и Юсуф мурза - отец Сююмбике.
Разведав обо всем, Иван Грозный летом 1553 года направил на земли Казанского ханства новые оккупационные отряды под командой Д. Адашева. В сентябре им на помощь двинулись новые отряды карателей под руководством воевод-князей С. Микулинского, И. Шереметева, П. Морозова, А. Курбского и других. У всех команд цель была одна: полное покорение Казанского ханства. Ради этого каратели не останавливались ни перед чем.
"Русские отряды беспощадно опустошали страну. Они шли от селения к селению, уничтожая все на пути, сжигая деревни, отбирая скот, уводя всех жителей в плен, ... предавая все огню и мечу. Зимой 1553-1554 годов русские взяли и сожгли крепость на реке Мёша" (М. Худяков). В плен было взято 6000 мужчин, 15000 женщин и детей. Обезумевшее от ужаса население вынуждено было присягнуть на верность Кровавому Ивану.
Освободительная война возобновилась летом 1554 года. К Мамышу-Берды и Али-Акраму присоединились луговые черемисы. Русские направили против них карателей под командой И. Мстиславского. Русскими головорезами были опустошены 22 волости, уничтожено несколько десятков селений. Несколько тысяч повстанцев и мирные жители, взятые в плен, были беспощадно казнены. Редели ряды повстанцев, и к весне 1556 года у Мамыша-Берды осталось всего 2000 воинов. В апреле на Чалым была направлена русская команда под руководством П. Морозова. Крепость была взята, Али-Акрам был убит, чуваши выдали Мамыша-Берды русским. Народный вождь был казнен в Москве. После него освободительную борьбу пытался возглавить Ахмед-батыр. Однако в неравном бою он был захвачен русскими и тоже казнен. Край был присоединен к русскому государству. В 1557 году уже началась раздача казанских земель русским людям. В край хлынули русские переселенцы, ими захватывались лучшие земли.
Уже в 1572-1573 годах на территории бывшего Казанского ханства произошли новые восстания. На этот раз против русского ига поднялись народы горских и луговых сторон. Казанская местная администрация не смогла подавить восстание собственными силами, на помощь были вызваны войска из Москвы. Только объединенная мощная армия карателей на время остановила освободительную борьбу. Но в 1582 году поволжские народы снова вместе поднялись против русского произвола. И на этот раз на помощь местным воеводам были направлены московские полки. Это ни к чему не привело - восстание продолжалось. Угасло оно само собой в 1584 году лишь после смерти Ивана Грозного.
Конечно же, нестихающее в течение десятков лет освободительное движение поволжских народов серьезно встревожило царский двор. Потому-то в 70-е годы Иван Грозный предпринял активные действия по строительству надежных крепостей в Поволжье и созданию там военных гарнизонов, тем самым добиваясь усиления колонизации и еще большего притеснения захваченных недавно народов. Посланный царем воевода Иван Ногай в 1574 году на берегу Белой заложил Уфимскую крепость, а в 1584 году возник Мензелинск ("Өфө тарихы"). Тогда же появились неподалеку от Казани новые крепости: Царевококшайск, Царевосанчурск, Уржум и Малмыж (М. Худяков).
Но усилия царских властей были тщетны. Свободолюбивый дух народа остался несломленным. В 1592 году в Казанском крае вспыхнуло новое восстание. Многочисленные полки карателей подавили его быстро. Царю Федору Ивановичу и это показалось недостаточным. В 1593 году по доносу архиепископа Гермогена он издал Указ о разрушении всех мечетей и медресе на завоеванных землях. Здесь же содержались указания о расселении крещеных татар в отдельности от некрещеных; мусульманам, под угрозой смерти, запрещалось заниматься изготовлением оружия и плавкой металла. Когда шла война на выживание, когда царские притеснения касались святая святых - религии, то естественно, все это вызывало новую волну гнева. Ведь уже и так, в 1555 году, в столице бывшего Казанского ханства была создана новая епархия. Царские полки и миссионеры во главе с епископом Гурием начали насильственную христианизацию. Тогда в Казани были разрушены почти все мечети, на их месте началась постройка церквей и монастырей. Все дома, дворцы, земли были отняты. Вокруг Казани, на расстоянии 50 верст, не осталось ни одной татарской деревни. А их жители насильственно изгонялись с берегов Волги и Камы. Самые удобные и урожайные земли заселялись русскими и священнослужителями. Например, современный город Елабуга, ранее носивший название Трехсвятское, был основан на татарской земле в 1557 году и подчинялся непосредственно царскому двору ("Над Шишкинским бором рассвет").
Царская колонизаторская политика вызывала возмущение у казанцев. Потому период смутного времени был для них желанным моментом. Татары искали контакты с поляками, перестали платить ясак Москве, активно участвовали в восстании Ивана Болотникова. Московские правители поняли, что Казанский край невозможно покорить лишь военной силой. Вот почему на Земский собор 1613 года были приглашены и казанцы. А на московский трон было выдвинуто даже несколько кандидатур из рода казанских ханов. Собор выбрал новым царем русского Михаила Романова, на грамоте наряду с другими боярами расписались и семеро казанских мурз (Г. Исхаки).
Рядовые казанцы, однако, были далеки от фальшивой игры царского двора. И когда в 1615 году царь издал оскорбительный Указ о введении денежных налогообложений для инородцев, приволжские народы ответили на это новым мощным восстанием. Казанцы были возмущены и тем, что с 1613 года служилых татар стали забирать на воинскую службу. В 1615 году число татарских всадников, отправленных на войну против Польши и Литвы, достигло 6019 человек (С. Алишев. Җангали батыр. "Мирас", 1993, № 10). В новом восстании повстанцев возглавил Джангали (Еналей) Шугуров (по Г. Губайдуллину, он родом из деревни Урманаево Казанского уезда, фамилия у него - Джанмаметов). Повстанческие отряды нападали на Казань, Свияжск (центр колонизации и насильственного крещения), Сарапул, Нижний Новгород, Арзамас, Муром. Казанский воевода В. Долгорукий направил многочисленные полки против "воров". Два из них были разгромлены повстанцами. Но в ходе боев было уничтожено и множество татар и черемисов, сам же предводитель Джангали попал в плен. Его привезли в Казань и повесили. Другой же активный участник восстания - служилый татарин Янсара Текеев из деревни Малые Салтани Ногайской дороги был увезен в Москву и погиб там. "Еналеевское восстание" (в историю оно вошло под таким названием) было потоплено в крови в 1616 году, но отдельные выступления казанцев продолжались еще три года.
Москва продолжала политику умиротворения Казанского края. С целью ослабления класса татарских помещиков в 1628 году был издан Указ, запрещающий мусульманским мурзам владеть крепостными христианами. В 1648 году он был, что называется, продублирован, но уже с добавлением: крещеным помещикам оставляются их поместья с крепостными христианами. Множество бояр с тюрко-татарскими фамилиями стали появляться именно после этого Указа (Г. Исхаки).
Для планомерного подавления и предотвращения новых восстаний непокорных казанцев царский двор применял и немало административных мер. По Указу царя в 1650-1658 годах была создана Закамская укрепленная линия. Именно тогда силами пригнанных со всех концов Прикамья местных крестьян на татарской земле были воздвигнуты Челнинская, Заинская, Елабужская, Ново-Шешминская, Ерыклинская, Билярская, Чистопольская крепости. Они же должны были пресечь уход на восток вольнолюбивых татарских крестьян.
Продолжалась и колонизация татарских земель. Так, к 1646 году количество русских помещиков, обосновавшихся на землях Казанского ведомства, достигло уже 334 (С. Алишев).
Политика усмирения казанцев усилила вражду между русскими и приволжскими народами. В 1662 году казанцы поднялись на борьбу за уничтожение русских крепостей. Челнинская крепость тогда была полностью уничтожена. Когда началось восстание Стеньки Разина, татарский народ почти полностью влился в его отряды. Вот почему князю Барятинскому, шедшему с огромным карательным отрядом на выручку в осажденный Симбирск, пришлось выдержать четыре серьезных боя с татарами в устье реки Казани. Находились татарские повстанцы и в штабе самого Стеньки. Так, "прелестные письма" Хасана Карачурина в мусульманском мире находили широкую поддержку. Проходит немного времени после подавления Разинского восстания, и опять на всей татаро-башкирской земле поднимается новый сильный бунт.
2.БУНТ СЕИТА-ТЮЛЕКЕЯ.
К 1682 году - началу нового восстания в ходе освободительного движения - захват земель в Казанской провинции был уже почти завершен. Русские колонизаторы перешли в Закамье и уже там стали захватывать лучшие участки земли, находящиеся неподалеку от Уфимской, Мензелинской, Заинской, Осинской крепостей. У нас нет точных данных именно о 1682 годе, но к 1700-му число русских помещиков в Закамье достигло 162 дворян (И. Акманов). Беззастенчивый захват земель шел и со стороны христианских монастырей. Так, лучшие земли в Мензелинском воеводстве, по рекам Кама, Ик и Белая, насильственно захватили Саввино-Сторожевский и Костромской монастыри. Начиная с 1655 года, жители нескольких волостей Мензелинского воеводства направляли челобитные в Москву с требованием возвратить земли. Тяжба между монастырями и мусульманскими старшинами продолжалась десятки лет, и всегда какой-нибудь ее этап заканчивался запугиванием местных мусульман. Увидев бессилие местного населения перед царскими властями, на закамские земли позарились священнослужители и Елабужского, Успенского, других монастырей. Вместе с основанием русских сел и поместий шло и разорение мусульманских вотчин. С волчьим аппетитом наступали на башкирские земли и знаменитые Строгановы.
Шло обирание местного населения и в налоговой политике царизма. Жителей закамских волостей грабили как уфимская, так и казанская администрации. Например, если в 1682 году жители Байларовской волости, расположенной между Мензелинском и Челнами, платили Уфе 114 куниц и 21 батман меда в виде ясака, то в Казань они платили деньгами 17 рублей 27 алтынов 2 деньги.
Такой произвол в земельной и налоговой политике царизма, естественно, вызывал возмущение местного населения. К тому же царский двор не забывал и о насильственном крещении инородцев. В Указе от 16 мая 1681 года принцип насилия был провозглашен открыто: за отказ креститься нерусские феодалы теряли свои земли, а рядовые массы превращались в крепостных. С целью реализации этих положений решением от 27 ноября 1681 года в Уфе создается самостоятельная епархия (И. Акманов).
В ответ на русский произвол татаро-башкирское население взялось за оружие. В апреле 1682 года восставшие обрушились на закамские крепости. В мае в осаде черемис, мордвы, башкир, татар оказалась Уфа. Восставшими были заняты семь пригородов Казани. Количество повстанцев царские чиновники оценили в 30 тысяч, но, по-видимому, эти данные преувеличены. В июне восставшие захватили Пьяный Бор (Красный Бор в Агрызском районе Татарстана), запылали монастыри и церкви, помещичьи усадьбы. Татары, башкиры, мордва осадили Каракулино, Кунгур, напали на Самару.
Главным вождем восстания выступил феодал Сеит Ягафаров. Более конкретных данных о нем пока не найдено.
Восстание охватило Казанское, Мензелинское, Уфимское, Кунгурское и другие воеводства. Казанский воевода П. Шереметьев и воевода Уфы Коркодинов обратились за помощью в Москву, которая отправила карателей во главе с князями Д. и П. Барятинскими. Со святыми иконами в руках в путь их проводила сама царевна Софья.
1682 год с самого начала был сложным и для русского трона. Умер сын Алексея Михайловича - царь Федор. Боярская дума "самодержавными правителями" провозгласила одновременно двух наследников престола - десятилетнего Петра Алексеевича и его болезненного брата Ивана. Для них были изготовлены короны и специальный трон, дабы они могли уместиться на нем вдвоем. В действительности же управлять государством собиралась боярская Дума. Но власть захватила Софья, поддерживаемая Милославскими и стрельцами.
Положение народов Поволжья оставалось незавидным. Например, 43 из всех проживавших в 1678 году в Елабуге крестьянских семей кормились только поденщиной или подаянием. Если в конце 70-х годов XVII века в Челнах насчитывалось 143 двора, то в 82 из них хозяева покинули свои дома, сбежали от голода.
В начале июня 1682 года неподалеку от Мензелинска, между реками Ик и Кама, столкнулись две грозные силы. Предводитель восстания Сеит был ранен. В бою отличился Тюлекей-батыр, пришедший со своим отрядом из Тамьянской волости, что в 60 верстах от Мензелинска. Каратели же, возглавляемые Шереметьевым, Коркодиновым и Барятинскими, вынуждены были с позором отступить.
Размах восстания и успехи повстанцев встревожили центральную власть. 8 июля от имени царей Петра и Ивана была направлена специальная грамота с обращением к восставшим. Правительство отменило Указ от 16 мая 1681 года о насильственном крещении.
Грамота внесла раскол в ряды восставших. Часть повстанцев прекратила борьбу, выборные представители от них во главе Кучука Юлаева направились в Москву с челобитной о прощении. Сеит же с другой группой продолжал борьбу. В июле на помощь повстанцам подошло четырехтысячное калмыцкое войско. Они действовали в районе рек Ик и Сюнь. 27 июля повстанцы осадили Мензелинск. Тогда же было занято село Николо-Березовка. Произошли бои возле Уфы.
В Казани воевода Шереметьев имел под своей рукой 5478 солдат, но считал их недостаточной силой для выступления против повстанцев. Он попросил у правительства дополнительные силы. Москва же вела тогда политику разъединения народов. Благодаря подаркам и обещаниям правительства, в начале 1683 года калмыки отошли от восстания. Со стороны правительства были предприняты и другие меры. Был снят с поста Уфимского воеводы Коркодинов, на его место поставили Д. Барятинского. В Казань были направлены дополнительные силы под командой князя Ю. Урусова.
Весной 1683 года повстанцы напали на Билярск, сожгли слободу. Заволновались многие волости и в Закамье. В июне все карательные силы Урусов сосредоточил в Мензелинске. Сюда же, на подмогу карателям, подошли яицкие казаки. Произошел ряд серьезных боев около Мензелинска. К сожалению, повстанцы потерпели поражение.
Отдельные выступления повстанцев возобновились в 1684 году. Но уже разрозненные отряды не смогли устоять против царских полков. Тюлекей-батыр был схвачен палачами и казнен. О дальнейшей судьбе Сеита Ягафарова не известно. В народе живет предание, будто его, схваченного в плен, сначала ослепили, выколов глаза, затем казнили.
3.НАЧАЛО ЦАРСТВОВАНИЯ ПЕТРА I.
Семнадцатилетний Петр I вновь взошел на царский трон в октябре 1689 года. Его первым, достойным внимания делом были два военных похода, организованные ради завоевания черноморского побережья и захвата Азовской крепости. Как известно, первый поход окончился бесславно, лишь во второй раз Петр овладел Азовом. В обоих походах наряду с русскими участвовали и татаро-башкирские всадники. А башкирский старшина Бурзянской волости, раскинувшейся на просторах междуречья Белой, Сакмары и Яика, Алдар Исянгильдин (Исякаев) за свою храбрость был даже удостоен сабли с позолоченными ножнами и грамоты на тарханство из рук самого Петра (И. Акманов, Г. Хусаинов).
Бурная и многогранная деятельность Петра начинается с 1700 года. 8 августа он добивается мирного договора с Турцией о взаимном ненападении, а уже утром 9 августа объявляет войну Швеции. Однако первая же битва за Нарвскую крепость показала слабость и неподготовленность русских войск. 19 ноября, переодевшись в крестьянскую одежду и бросив войска, Петр бежал в глубь России. Смоленск и Москва лихорадочно стали готовиться к осаде войск Карла XII.
В том же году начинается создание новой армии и флота. Из колоколов, снятых с церквей, отливается 300 новых пушек. Петр I, где уговорами, а где и силой, собирает деньги и драгоценности у монастырей и богатых дворян. Вместо натуральных налогов с крестьян Петр вводит денежную плату. В то же время были основаны новые металлоплавильные заводы на берегах Камы, Белой, у Уральских гор. В 1700-1704 годах возникли Уктусский, Невьянский, Каменский заводы, вследствие чего тысячи десятин прекраснейших лугов остались под плотинами, сотни гектаров леса были повалены для заготовок угля. Промышленники почти бесплатно забирали землю у местного населения, а крестьяне целыми деревнями закреплялись за заводами. Конечно, такое самоуправство само собой рождало недовольство среди местного населения, и достаточно было малой искорки для возникновения нового восстания. И такая искра вспыхнула.
Русские войска, добившись успеха в войне против шведов, захватили крепости Шлиссельбург, Копорье, Ям, Дерпт, Ниеншанц, Иван-город, наконец-то, 9 августа 1704 года, взяли и Нарву. 16 мая 1703 года началось строительство Санкт-Питербурха на финском острове Яниссари (Заячий) и крепости Кроншлот (Кронштадт). И война, и огромное строительство требовали все новых и новых расходов. Не зная других путей для накопления капитала, кроме грабежа крестьян, царь Петр еще крепче усиливает давление на них. По его Указу по всей России была введена система дополнительных налогов, для их сбора в Казанский край Петр направил двух своих эмиссаров -"прибыльщиков". По задумкам царя прибыльщики должны были взимать с крестьян налоги за захоронение усопших в дубовом гробу, за бани и даже за использованные в них веники.
4.АЛДАР-КУСЮМОВСКОЕ ВОССТАНИЕ.
"Прибыльщики" Андрей Жихарев и Михаил Дохов, следуя в Уфу через Казанское и Мензелинское воеводства, проявили чрезмерное "усердие" в выполнении царского Указа. Они к существующим пунктам добавили десятки новых: о дополнительных налогах за каждую печную трубу, за посещение базара и мечети, за каждое обручение с новобрачных и обручающих их мулл, за каждую голову скотины, пасущейся в стаде, за молитву за усопших... Были введены налоги с ульев, с кож, с хомутов, с дуг, с прорубей, с окон, с погребов, с ворот... До того буйно разгулялись фантазия и жадность эмиссаров, что они решили внести пункт о сборе налогов за цвет глаз: по шести копеек с сероглазых и восемь копеек с черноглазых!..
Для слушания большого "царева" Указа в октябре 1704 года в 12-ти верстах от Уфы, на месте слияния рек Белая и Чесноковка, собрали татарских и башкирских старшин, проживавших в Мензелинском, Уфимском, Бирском, Исетском воеводствах. Естественно, что этот "додуманный" прибыльщиками и состоявший уже из 72 пунктов "Указ" вызвал ненависть у собравшихся. Разъяренные старшины избили эмиссаров, а их "Указ", разорвав в клочья, выбросили в реку ("Очерки по истории Башкирской АССР").
Такая "наглость" мусульманских старшин не могла остаться безнаказанной. Комендант Казани генерал Никита Кудрявцев, с целью устрашения и кровавой расправы с непокорными мусульманами, послал в Закамье под командованием полковника Александра Сергеева два драгунских и четыре пехотных полка, в каждом из которых состояло не менее 500 солдат. В феврале 1705 года карательные войска вступили в Мензелинск. Сергеев решил поставить местное население на колени. Под предлогом ознакомления с новым Указом он созвал в Мензелинск выборных представителей из деревень, расположенных по берегам Камы, Белой, Ика, Сюни, Дёмы, Калмии. Собравшихся арестовали, многих из них избили, пытали, бросили в подвалы, где немалое число погибло от ран и голода.
Но и это показалось Сергееву недостаточным. Взбесившийся полковник разослал пехотные полки Тимофея Бордовика, Леонтия Есипова, Ивана Макарова, Федосея Иванова - в ближние, а драгун братьев Льва и Сидора Аристовых в дальние деревни, чтобы огнем и мечом пройтись по всему краю. Отряд князя Дмитрия Уракова был отправлен на Азякуль (в Актанышском районе Татарстана) и другие деревни возле Белой. Каратели дотла сожгли деревни Ляки, Мензелетамак, у всех жителей отобрали лошадей. В деревне Ахметово (последние три деревни находятся сегодня в составе Сармановского района), состоящей из 22 дворов, они повесили троих, многих избили и ранили, при этом угнали 420 коней, сотни коров, овец и другой живности. У старшины этой деревни Дюмея Ишкеева каратели отобрали 64 лошади и 25 коров.
Старшины Байларовской волости, перепуганные непомерной жестокостью карателей и пытаясь угодить кровожадному полковнику, привели ему в подарок 24 белых аргамака. Но жители волости так и не смогли избежать кровавой расправы. В эту волость со своим отрядом прибыл дворянин Григорий Пальчиков и отобрал у жителей 125 скакунов, посадив непослушных крестьян раздетыми в холодные амбары и пытая их. Да и сам Сергеев здесь же собрал еще 100 лучших аргамаков и большое количество прекрасных мехов. При этом крестьян, не способных сдать боевых коней, вынуждали продавать своих жен и детей, чтобы таким образом те могли достать аргамаков и сдать их грабителям. Все отобранные от крестьян кони стекались в Мензелинск. Но только тогда, когда число собранных коней достигло четырех тысяч, Сергеев приказал двигаться в Уфу. А по дороге более тысячи коней "сгорели" от бешеного гона.
Дойдя до Уфы, Сергеев организовал такие же, как и в Мензелинске, карательные походы на Ногайскую дорогу. Однако жители этих волостей были уже наслышаны о жестокости царского полковника, и все они, снявшись целыми деревнями с насиженных мест, бежали за Яик. По дороге из-за голода они потеряли немало стариков, детей, коней. Но все же походы Сергеева не удались. Всюду его встречали заколоченные дома и пустые амбары. Каратели вынуждены были вернуться назад.
Тогда Сергеев, опять же под предлогом ознакомления с "царским" Указом, созывает в Уфу старшин со всех четырех - Казанской, Ногайской, Сибирской и Осинской - дорог. Когда собрались сотни старшин, Сергеев снова проявляет свое коварство. Заперев старшин в крепость, он требует от них клятвы и подписи о том, что каждая из четырех дорог пригонит в Уфу по 5000 аргамаков. Конечно, такое требование было невыполнимым, и старшины отказались. Что делает Сергеев? Он сначала стал насильно спаивать старшин, связал их, насыпал на их руки и ноги порох и поджег его, обрекая людей на чудовищные пытки. Погибло несколько старшин, оставшихся в живых Сергеев бросил в тюрьмы, где скончались еще десятки мусульман.
Безусловно, такие зверства царских палачей должны были пробудить у местного населения ненависть. Первыми на восстание поднялись волости Казанской дороги. Во главе мятежников стал Дюмей Ишкеев. Повстанцы начали грабить русские деревни возле Мензелинской и Заинской крепостей, неоднократно вступали они в бой с драгунами полковника Сидора Аристова. Скоро к восставшим присоединились мишары и башкиры Ногайской дороги под руководством Иман-батыра, а также татары из деревень, расположенных возле Кунгурской крепости. Летом того же года восстали стрельцы Астрахани, недовольные новыми налогообложениями и порядками, введенными царем. Очень скоро между стрельцами и мусульманскими повстанцами установилась тесная связь. Оба лагеря задумали действовать вместе: идти штурмовать Москву и "скинуть" Петра с престола.
Для Петра и его окружения, ведущих бесконечные бои со шведами на севере и западе страны, поднявшийся на востоке России бунт был совсем некстати. Поэтому царь в спешном порядке выслал в Казань и Астрахань большое войско под начальством своего испытанного в свейских (шведских) войнах помощника - фельдмаршала Бориса Шереметьева. Царский эмиссар прибыл в Казань 18 декабря 1705 года и быстро выяснил причины возникшего в этом крае восстания. Вскоре он выпустил из тюрем безвинных узников, брошенных туда Сергеевым, и обратился к татаро-башкирскому народу с призывом прекратить бунт, в то же время направил к восставшим своего доверенного офицера с приглашением мусульманских вожаков на мирные переговоры. Однако старшины, остерегаясь очередного обмана и ареста, не откликнулись на приглашение. Шереметьев же, дав соответствующие указания Кудрявцеву и его подручным-полковникам, чтобы они впредь действовали с восставшими только путем уговоров, уступок и обещаний, но никак не огнем и мечом, - сам поспешил на подавление стрелецкого восстания в Астрахань ("История Татарии в документах и материалах", "Материалы по ист. Баш. АССР").
Части местного населения пришлись по душе стремления Шереметьева уладить создавшуюся в крае военную обстановку мирным путем. Поэтому 75 старшин закамских волостей, собравшись на курултай, решили прекратить восстание. При этом они написали челобитную на имя Петра с просьбой отменить "Указ" из тех "знаменитых" 72 пунктов (в народе данный Указ прозвали еще и "Указом налогов с глаз") и наказать кровожадного полковника Сергеева. Восемь выборных старшин во главе с Дюмеем Ишкеевым повезли эту челобитную в Астрахань лично фельдмаршалу. Шереметьев тепло принял посланцев и, добавив к их челобитной свое письмо с ходатайством решить поднимаемые вопросы в пользу восставших, сразу же направил их к царю. Ишкеевцы благополучно доехали до Москвы, были в ряде приказов. Но в это время Петр находился в Смоленске и посланцы Прикамья не смогли встретиться с ним.
Тем не менее, хоть и позже, эти письма дошли до царя. Он срочно вызвал к себе в Смоленск Кудрявцева и Сергеева, приказал отменить Указ о дополнительных налогах. По возвращении в Казань Кудрявцев лично, но, конечно, с охраной, выехал в Уфу, дабы собрать там старшин Закамья для переговоров. Но местное население уже не доверяло этому генералу, приютившему под своим крылом палача Сергеева. Довольно большое войско восставших преградило путь Кудрявцеву у берегов Ика и вынудило его вернуться обратно в Казань.
Царские приспешники не пощадили старшин, прибывших в Москву в поисках справедливости. Все восемь были арестованы и в кандалах отправлены в Казань. По прибытии всех беспощадно истязали, Дюмея Ишкеева принародно повесили на площади перед Кремлем. Эта коварная расправа над старшинами послужила толчком к новому размаху восстания. Татаро-башкирские всадники напали на закамские крепости, подожгли и ограбили ряд русских деревень.
Летом 1707 года в Закамье прибыли новые полки карателей и направились в Уфимское воеводство. Осенью карательные отряды под командованием князя Ивана Уракова без всякого повода ограбили находившиеся по Ногайской дороге деревни Бурзянской волости, принадлежавшие Алдару Исянгильдину, когда-то получившему из рук самого Петра тарханную грамоту. Будучи самым богатым и крупней шим феодалом Ногайской дороги и владельцем восьми тысяч коней, Алдар-тархан, желая отомстить за грабеж, быстро собрал трехтысячное войско и начал преследовать карателей.
К этому времени еще более мощное восстание подняли жители Казанской дороги. Возглавлял их сын повешенного царскими палачами в 1684 году Тюлекея - Кусюм. Этот батыр владел стадами более чем в тысячу коней в Тамьянской волости, что неподалеку от Мензелинска.
Для подавления восстания из Казани в Закамье в спешном порядке были направлены драгуны Сидора Аристова и пехотный полк под командованием Ивана Рыдаря. А против Алдара-тархана из Уфы по Ногайской дороге двинулись войска под началом полковника Петра Хохлова - в них было 1300 солдат. Но именно в это время Кусюм-батыр и Алдар-тархан решили перехитрить посаженного Уфимским воеводой казанского дворянина Льва Аристова. Кусюм-батыр прибыл на встречу с Аристовым и объявил, что его пятитысячное войско присягает на верность царю и направится на подавление "воров" Алдара. Хитрость удалась. Причем Кусюм-батыр получил для своего войска правительственные знамена, а Аристов назначил даже "командующим" "верного" войска уфимского дворянина Федора Гладышева. Кусюмовцы двинулись "на помощь" Хохлову.
В октябре у горы Юрактау, что в 120 верстах от Уфы, встретились две грозные силы. С одной стороны - трехтысячный отряд Алдара-тархана, с другой - 1300 карателей Хохлова и "присоединившиеся" к ним 5000 всадников Кусюма. Вот здесь-то и раскрылась уловка мусульманских вожаков. Заранее договорившись, войска Кусюма-батыра и Алдара-тархана нанесли мощный удар по ничего не подозревавшему карательному отряду Хохлова. Но все же сказалась боеспособность регулярных царских полков, дворянские офицеры сумели организовать крепкий полевой лагерь. Тяжелые кровопролитные бои продолжались в течение 10 суток. Лишь после них тяжело раненому Хохлову с уцелевшими 370 солдатами удалось вырваться из окружения, и вскоре он скрылся за стенами Табынской крепости. Потерпели поражение и посланные против повстанцев карательные полки Ивана Рыдаря и Сидора Аристова.
Окрыленные крупными победами, повстанцы загорелись желанием уничтожить все карательные войска на своей территории и возродить Казанское ханство. Дабы поднять народный дух, вожаки восстания решили найти и будущего правителя. Они связались с каракалпакским принцем Мурат-султаном и пообещали ему ханский трон в случае возрождения Казанского ханства. Мурат прибыл к восставшим и с целью получения военной помощи, защиты и признания со стороны Крымского хана Давлет-Гирея и турецкого султана Ахмета III, в сопровождении 30 человек (22 из них были татарами) направился в далекий и трудный путь. Он побывал и в Крыму, и в Турции. Однако поддерживающие с Россией мирный договор Давлет-Гирей и Ахмет-Султан не оказали помощи посланникам татар и башкир. Никто не признал Мурата и будущим ханом.
Здесь сделаем небольшое отступление и обратим свое внимание на внешние дела России. В это время Петр I основные военные силы сосредоточил на западной границе против Карла XII. Все со дня на день ожидали вторжения шведских войск в Россию. Южные же границы были тоже не очень надежными. Хотя и был заключен в 1700 году десятилетний мирный договор с Турцией, многим казалось, что он будет нарушен, и турки, одновременно со шведами, нападут на Россию. Опасения русского правительства были небеспочвенными. Крымский хан Давлет-Гирей ненавидел русских, организовывал не-прекращающиеся походы на южные города России и грабил их. От открытого вторжения на русские земли его удерживал лишь турецкий султан Ахмет III. Такое шаткое положение дел на юге было известно царскому двору и он старался вести более "гибкую" политику. Русский посол в Стамбуле П. А. Толстой не жалел "подарков" и золота для подкупа влиятельных турецких министров и иностранных наушников султана. Им "в подарок" было роздано свыше полутора миллиона золотых ефимков. Такой роскошный дар сыграл решающую роль, и Турция сохраняла мир с Россией (Н. Молчанов).
Забегая вперед, расскажем о дальнейшей судьбе Мурата. Безусловно, он был храбрым и умелым предводителем. Так, на обратном пути он смог поднять на восстание 1600 кубанских татар и с их помощью в феврале 1708 года захватил город Терек, в течение 10 дней держал в осаде его крепость. Но посланные астраханским воеводой Петром Апраксиным правительственные отряды, в их составе 400 астраханских татар (вот он - пример кровавой политики царизма: уничтожение мусульман руками самих же мусульман!), разгромили повстанцев. Раненый Мурат попал в плен. Сначала его пытали в Астрахани, затем препроводили в Казань, где он принял мученическую смерть на виселице, будучи повешенным за ребро...
Борцы же за свободу в Казанском и Уфимском краях пока еще не могли знать о предстоящей трагической судьбе своих посланников, и осенью 1707 года все они были полны решимости сражаться за полную независимость. С целью освобождения Казани от колонизаторов повстанческие отряды направились в Казанский край и в начале декабря подошли к Каме. Мензелинск был взят в осаду, начался штурм Заинска, шли бои возле Билярска.
Напуганный новым размахом восстания Кудрявцев, под благовидным предлогом, что нужно просить дополнительные карательные войска у царя, убежал в Москву. Добравшись туда, 27 декабря в Преображенском он сделал подробный доклад Петру I, представив царю восставших мусульман как диких и кровожадных врагов христиан. Волнения крестьян Поволжья встревожили царя. Ведь к тому времени его главный и самый страшный враг Карл XII находился уже в Польше и его 35-тысячное войско готово было в любую минуту напасть на Россию.
В эти месяцы Петр I настолько потерял самообладание и волю, что трудно верить даже историческим фактам. На какие только унижения не шел царь ради предотвращения вторжения шведского войска?!. Чтобы уговорить Карла XII о заключении мира с Россией, он лихорадочно начал искать посредников среди зарубежных влиятельных особ. Так, специальный посол Андрей Матвеев поехал к английскому герцогу Марльборо и, в случае удачи, от имени Петра обещал ему за посредничество в "подарок" 200 тысяч золотых ефимков, орден Андрея Первозваного, рубиновый камень неимоверной величины и княжество в одном из трех - Киевском, Владимирском или Сибирском - княжеств с годовым доходом в 50 тысяч ефимков. Увы, даже такая немыслимая щедрость не склонила Марльборо на сторону Петра. Английский герцог самолично прибыл в Саксонию и преклонил голову перед Карлом. Тогда Петр попытался добиться перемирия через французского посла в России Базенваля. Через него Петр обещал вернуть Карлу все побережье Балтики, вдобавок сулил ему часть Белоруссии и Украины, лишь бы шведский король оставил за Россией Санкт-Питербурх и устье Невы. И на этот раз русский царь услышал лишь надменный, унизительный ответ Карла о том, что он готов пожертвовать последним солдатом в своем государстве, чем оставит Пи-тербурх в руках Петра. На полученные из России известия о том, какими сумасшедшими темпами строит Питербурх Петр I, Карл также отвечал лишь усмехаясь: "Пусть строит, все равно будет наш" (Н. Молчанов, В. Павленко).
Конечно, такие мрачные известия послов выводили Петра из себя, он вынужден был находиться в постоянном напряжении. Терзали его душу и сообщени�