детали
Pavel Merezhany
А.Панина
Философия деталей
Студия "Джибли" знаменита своим стилем, который ни с чем не спутаешь;
наверно, не будет ошибкой считать его создателем Миядзаки, поскольку похожие
черты есть в его произведениях до создания студии "Джибли" - по крайней мере, в
"Замке Калиостро" и в "Hавзикае".
Художественная форма рисованого фильма вносит в смысл целого не меньший
вклад, чем слова и поступки героев. Можно сказать, что в ней есть своя
философия, и в случае Миядзаки она очень точно соответствует философии,
выраженной словами.
Практически в каждом фильме Миядзаки есть момент, когда нас специально
заставляют смотреть на природу не из сюжетных соображений, потому что там следы
какой-нибудь катастрофы (такая сцена есть в "Hавзикае", но не она там главная)
или откуда-то должен появиться злодей, не высматривая что-то, а именно на
красивый вид как таковой.
В "Замке Калиостро" это сделано почти прямолинейно: герой сидит и
любуется природой. В "Лапуте" есть облака, в "Порко Россо" полеты над морем, из
незабываемых картин состоит путь Аситаки на запад в начале "Волчьей принцессы"
и поездка Тихиро в поезде в "Сэн". Пейзажи соперничают с действием в "Тоторо",
"Ведьминой почте" и "Шепоте сердца" (раскадровки в "Шепоте сердца" принадлежат
Миядзаки, так что это его вклад). Только относительно "Hавзикаи" можно спорить,
самоценны в ней пейзажи или нет: они завораживают, но очень уж сюрреалистичны.
Какая философия стоит за роскошными видами, нет необходимости объяснять.
Их красота значит именно это - что мир прекрасен.
Другой особенностью произведений Миядзаки являются невероятно
проработанные массовые сцены. Они тоже считаются "фирменными", а про значение,
которое в них вкладывает автор, кое-что известно от него самого. В одном из
интервью Миядзаки говорит о фильме, который в ранней юности произвел на него
сильное впечатление, "Легенда о белой змее", что уже в бытность аниматором
посмотрел этот фильм снова и пришел к выводу, что так рисовать нельзя: нельзя
делать красивыми и живыми только главных героев, а на остальные роли выводить
безликих статистов. И действительно, человек у Миядзаки никогда не становится
просто частью декорации.
Помимо живых и выразительных персонажей в массовках, гуманистическая
философия дает еще один очень интересный изобразительный эффект, уже в
отношении интерьеров: они всегда обжитые. Один из аниматоров "Ведьминой почты"
отмечает, что у Миядзаки вещи появляются на экране не из формальных соображений
- что-то в левом нижнем углу пустовато, - а там, где они нужны с точки зрения
обитателей нарисованного мира. Если есть камин, рядом с ним будет стоять
кочерга. Миядзаки ни на миг не перестает заботиться о нуждах изображаемых
людей, как бы вне зависимости от того, заметят это зрители или нет.
Разумеется, зрители замечают. Да и то, что остается за границами
сознательного внимания, воспринимается подсознательно и вносит свой вклад,
создавая ощущение особой реальности происходящего.
Это верно не только для неподвижных элементов обстановки, но и для
мелких движений. Вот в "Ведьминой почте" Кики моет пол - обратите внимание, как
движется щетина на щетке. Вот в "Лапуте", пока Сита и старый горняк Пом заняты
разговором, Падзу успевает отхлебнуть горячего чая, обжечься и подуть на него.
В "Волчьей принцессе" Аситака, показав бонзе Дзико железную пулю и убрав ее в
мешочек на поясе, затягивает тесемки привычным движением, незаметным ни для
него самого, ни для зрителей... Примеры можно приводить бесконечно.
Речь идет даже не о том, что все эти "лишние" движения надо было
нарисовать. Гораздо существеннее, что сначала их надо было предусмотреть в
эскизах, сочиняя сцену, потому что в рисованом кино без воли режиссера не
шелохнется ни один волос на голове героя и ни одна травинка под ногами.
Все вместе - богатые пейзажи, обитаемые интерьеры, живые толпы и
естественные движения - и создает отличительную для стиля Миядзаки
насыщенность, почти превышающую зрительский порог восприятия.
Отсюда редкая особенность, отличающая его фильмы: со второго-третьего
раза, когда события и реплики известны наизусть, можно отвлечься от сюжета и
смотреть только на обстановку, сосредоточиться на мелочах, на декорациях и
реквизите. Hаблюдать, как набегают на берег волны, как поднимается и тает пар
над чайником или дым от сигареты, как плывает облако, ветер перелистывает
страницы книги. Мало какой игровой фильм выдерживает подобный взгляд, и понятно
почему - потому что мало в каком игровом фильме автор стремится из каждого
кадра сделать картину. А кто стремится, тот по сравнению с рисованым кино
студии "Джибли" оказывается в том же положении, что фотография рядом с
живописным полотном: в живописи меньше случайного, и соответственно больше
эффект.
Обязательно посмотрите таким способом хотя бы один фильм Миядзаки, лучше
из более созерцательных. Hе исключено, что вы испытаете эффект восстановленного
зрения: на некоторое время ваш взгляд приобретет способность задерживаться на
небе, на случайной тени от листьев на мостовой, на мелких, мимолетных деталях.
Все мы знаем, что в обычной жизни обращаем мало внимания на происходящее
вокруг, но надо на минуту сделать стершуюся обыденность отчетливой, чтобы
понять, какой процент ее проходит мимо нас. Многие философы и психологи
отмечают, что в современном мире человек разучился воспринимать окружающее и
живет как во сне, поглощенный погоней за мнимыми удовольствиями и заменителями
счастья.
Поэтому я думаю, что целенаправленное внимание к подробностям, уходящим
за грань восприятия, это еще одно средство, с помощью которого Миядзаки во всех
своих фильмах решает одну и ту же великую задачу: восстановление системы
ценностей.
Подобно тому, как его герои серьезно и искренне воспринимают
нравственные категории и учат нас тому же, аниматоры его студии серьезно и
искренне изображают мир и учат нас, что он существует и прекрасен.
март '03
By.
_[DDT] [ANIMEtion] [кошаки] [Великий Кролень] [КПИ]_