|
(｡•́︿•̀｡)
Привет! С вами Аня Щетвина
и Марсель Кохерт. Аня последние пять лет занимается
научными исследованиями и журналистикой, изучая
место технологий в культуре. А Марсель больше
десяти лет внимательно следит за экологической
политикой и активизмом в Германии. Хотя
климатическая журналистика — новая область для нас
обоих, тема этого письма важна для нас,
и мы решили объединить силы, чтобы разобраться
в ней.
Глобальное потепление усиливается. Кирибати, Тувалу, Вануату, Самоа и другие островные
государства уходят под воду. В Тихом океане возникают все более непредсказуемые
и сильные торнадо. В Испании из-за засух образуется настоящая пустыня.
А в России из-за таяния вечной мерзлоты деревни проваливаются под землю.
Kit уже писал об экстремально высоких
температурах летом 2022 года. А октябрь 2023-го стал самым жарким за последние
125 тысяч лет. Многие люди, впрочем,
не слишком-то переживают: мол, ученые что-нибудь
придумают. Нужно лишь разработать более эффективные
источники энергии, придумать, как с помощью
инженерии восстановить ледники, спроектировать более
экологичные «умные» дома и офисы ― ну, и так
далее. Как-никак, мы уже смогли полететь
в космос, спустились на дно океана, изобрели
клонирование и умеем выращивать искусственное мясо.
Наверняка и с глобальным потеплением
разберемся?
В этом тексте мы расскажем, что
за технологии в борьбе с климатическим
кризисом разрабатывают ученые, смогут ли они
в самом деле спасти человечество от будущих
катастроф — и если нет, то что же
тогда сможет.
■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎
Подпишитесь на рассылку Kit, если
вы еще этого не сделали. Мы будем
присылать вам два письма в неделю. Все наши
предыдущие тексты вы найдете в архиве. А если хотите поделиться
этим письмом, просто перешлите его по почте или
используйте эту ссылку.
Мы вступаем в переписку
с читателями. Вы можете написать редакции или
автору конкретного текста. Просто ответьте
на письмо или пишите сюда.
Навигация
В этом тексте
больше 26 тысяч
знаков. На его
чтение уйдет примерно 15
минут.
В письме три главы. Первая
рассказывает о главных технологиях,
которые, по замыслу их создателей, помогут
человечеству в борьбе с климатическим
кризисом. Вторая объяснит, что
не так с надеждой на технологический
прогресс. Наконец, третья покажет, что
еще, помимо разработки новых технологий, нужно сделать
человечеству, чтобы справиться с глобальной
угрозой.
Глава первая. Что уже умеют климатические
технологии
На самом деле технологии, которые
помогают бороться с последствиями глобального
потепления, уже существуют или разрабатываются. Вот что
позволяют делать самые важные из них:
Улавливать углерод из атмосферы
Главная причина климатического кризиса —
выбросы парниковых газов. Технология
улавливания углерода нужна для борьбы с парниковыми
газами, которые уже оказались в атмосфере. Суть
технологии проста: вредные газы просто извлекаются
из воздуха, и есть сразу несколько способов сделать
это.
Например, биочар — уголь, который
производят, сжигая органический мусор в печи
с низким уровнем кислорода. В ходе этого
процесса — пиролиза — углерод приобретает
стабильную форму: биочар захватывает и удерживает
его в себе, не выпуская в атмосферу.
Биочар используют как почвенную добавку. Почва
с добавлением биочара удерживает парниковые газы в два
раза лучше, чем земля без него. Вдобавок биочар способен снижать и выбросы
метана, поэтому его добавляют еще и в пищу
сельскохозяйственным животным. Название «биочар»
(от английских слов bio, то есть
«биологический», и charcoal —
«уголь») предложил в 2005 году эколог
Питер Рид, однако сама технология не такая
уж и новая: еще тысячи лет назад ее использовали индейцы, чтобы сделать
почву более плодородной.
Есть и более современные проекты,
которым пока еще только предстоит доказать свою
эффективность. Один из самых необычных ― так
называемые искусственные деревья, которые умеют
высасывать CO₂ из воздуха. «Деревья» для
ученых ― метафора. На самом деле эти устройства
больше похожи на очистители воздуха размером
с фонарный столб. Специальные вещества в таком
«дереве» — сорбенты — захватывают
из воздуха CO₂, после чего
он попадает внутрь «дерева» и накапливается
в специальном резервуаре. Искусственные деревья уже
делают частью городских
ландшафтов — декорируя мхом и досками
и совмещая со скамейками — в Лондоне
и немецком Дармштадте. А ученые
из американского Университета Аризоны обустроили целых три «фермы»
искусственных деревьев. Планируется, что каждая
из них будет улавливать тысячу метрических тонн
CO₂ ежедневно.
Другая, пока не столь масштабная новая
технология ― AirCarbon. Это новый вид пластика из Калифорнии,
который создают с помощью микроорганизмов. Разводят
их на специальной мини-ферме. Микроорганизмы
захватывают из воздуха углерод и сами
перерабатывают его в PHB, природный вид полиэстера.
Получается два в одном: ферма по производству
такого пластика и перерабатывает углерод,
и производит биоразлагаемый пластик. Теоретически
такой материал мог бы заменить все другие виды
пластика. Но на практике из него пока делают только столовые приборы
и трубочки, для которых и так много непластиковых альтернатив
(например, бумага и древесина).
Добывать энергию из возобновляемых
источников
Еще один способ снизить выбросы парниковых
газов — развивать технологии, которые позволят
отказаться от ископаемого топлива: нефти, газа
и угля.
Одна из них — литийионные батареи.
Это относительно новые виды аккумуляторов (изобретению
больше 30 лет), которые сейчас активно применяются, например,
в смартфонах и электромобилях. Нобелевский
лауреат по физике Стивен Чу считает, что
именно за ними будущее транспорта. Однако
электромобили по-прежнему выглядят скорее дорогой
и не очень эффективной заменой обычным авто.
Одна из проблем — в том, что подземная
добыча лития очень дорога и требует огромных
энергозатрат. Чтобы решить эту проблему, Стивен
Чу и его коллеги в 2020 году упростили добычу металла, научившись
извлекать его из неожиданного
источника ― морской воды. Она содержит в пять тысяч раз больше
лития, чем другие источники. Поэтому в будущем
такой метод добычи может стать более эффективным
и долговечным, но пока ученые только тестируют
его.
Источники энергии ищут не только под
водой, но и в небе. Ученые
из Мичигана в 2014 году разработали солнечное стекло. Это
прозрачный материал, похожий на пластик, который может улавливать ультрафиолетовое
и инфракрасное излучение, превращая его
в электроэнергию. Хотя солнечное стекло в три
раза менее
эффективно, чем солнечные панели, у него есть
одно важное преимущество ― оно прозрачное.
А значит, с его помощью можно превращать окна
зданий и машин в генераторы
электричества.
Наконец, ученые предлагают использовать для
выработки энергии органический мусор и работу живых
организмов ― эта технология получила название «биотопливо». Например, биохимики
из Кембриджского университета успешно протестировали в качестве
источника питания для микропроцессора емкость
с водой и водорослями размером
с пальчиковую батарейку. В эксперименте
водоросли преобразовывали свет в энергию
за счет фотосинтеза и по алюминиевому
электроду питали микропроцессор. Авторы эксперимента
считают, что их изобретение может стать источником
очень дешевой возобновляемой энергии.
Предлагать запасные варианты спасения
планеты
Отбелить облака, нарастить лед
на полюсах и насытить океан железом, чтобы
он поглощал больше углекислого газа. Такие, как
их называют, геоинженерные проекты звучат как
научная фантастика, но их уже активно
разрабатывает организация Climate Repair
из Кембриджского университета. И не она
одна: США, например, в 2022 году на проекты
в области геоинженерии выделили 22 миллиона
долларов.
«Отбеливание» облаков теоретически
позволит отражать больше солнечного света до того,
как он достигнет Земли. В результате планета
будет меньше нагреваться. Для этого ученые предлагают
распылять в атмосфере вещества, способные отражать
солнечные лучи, например диоксид серы.
Другая геоинженерная идея ― заставить океан
поглощать больше углерода. С 1994 по 2007 год
океан и так вобрал в себя 31% произведенного
людьми углекислого газа, показали подсчеты физиков
из Швейцарской высшей технической школы Цюриха.
Чтобы повысить «эффективность» океана, ученые хотят добавлять в него
наночастицы железа, ведь оно может повысить уровень
фитопланктона, который способен к фотосинтезу. Значит, чем больше
фитопланктона, тем больше углекислого газа поглотит океан.
В любом случае все эти проекты пока
очень далеки от реального применения. Их цель
— стать запасным планом на случай, если другие
методы не сработают.
Анализировать и предсказывать
Чтобы эти запасные варианты
не пригодились, ученые пытаются предсказывать
и предупреждать климатические катастрофы. Помогает
им в этом анализ больших данных с помощью
искусственного интеллекта.
Например, проект Deltares использует ИИ, чтобы анализировать,
как повышение уровня моря влияет на прибрежную
инфраструктуру в Нидерландах. Сначала программа
собирает большие данные о самой инфраструктуре:
высоте зданий, расположении дорог, близости важных
объектов к зонам, где есть риск затопления. Затем
эту информацию объединяют с климатическими
данными — например, прогнозами о том,
насколько повысится уровень моря и есть ли
риск штормовых приливов. И уже на основе
комбинации этих данных Deltares с помощью
машинного обучения предсказывает, как повышение уровня
моря отразится на прибрежных районах.
Помогают алгоритмы и в разработке
климатических моделей.
Это математико-статистические вычисления, которые
позволяют прогнозировать изменения климата
в ближайшие десятилетия. По подсчетам
Массачусетского технологического института, сейчас такие
модели создают ученые примерно из 40
организаций по всему миру. Чтобы лучше понять,
с какой скоростью и как именно будет
происходить глобальное потепление в будущем, они
используют самые разные показатели: численность
населения, рождаемость, смертность, уровень загрязнение
окружающей среды, объемы промышленного производства,
запасы невозобновляемых природных ресурсов. Сочетая все
эти факторы, ученые (иногда при помощи ИИ) определяют вероятные
сценарии будущего: на сколько градусов повысится
температура, как поднимется уровень океана, сколько
процентов ледяных шапок растает? Представить,
как работают такие модели, можно на этом упрощенном примере.
Выводы разных моделей пока отличаются
в деталях, но сходятся в главном: важно
как можно скорее или уменьшить выбросы парниковых газов,
или научиться эффективно вылавливать
их из атмосферы. Иначе планета продолжит
активно нагреваться.
«Если человечество не внесет
существенные изменения в выбросы парниковых газов
или их вылавливание, то к концу века
мы можем увидеть концентрацию CO₂, которая
последний раз была 50 миллионов лет назад. Тогда
аллигаторы бродили по Гренландии, а уровень
моря был на 70 метров выше, чем сегодня», — предупреждает Лор Хесс Фишер, которая
отвечает за связи с общественностью
в Массачусетском технологическом
институте.
Для анализа данных нужно их как-то
получить. Этой цели служат сенсорные датчики, которые
можно установить, например, на зданиях
в городе или на деревьях в лесу. Эти
сенсоры собирают информацию и отправляют
в аналитические центры. Еще недавно, впрочем,
сенсоры использовали практически вручную. Например,
в 2008 году эковолонтеры в Нью-Йорке ходили
по городу с измерителями качества воздуха,
чтобы понять, что его загрязняет. Оказалось, что в загрязнении
воздуха были виноваты городские здания — всего 1%
всех строений, — которые выделяли в воздух
гарь от сжигания топочного мазута (Нью-Йорк —
один из лидеров среди американских городов
по использованию этого топлива для обогрева
помещений). Исследование помогло привлечь внимание
к проблеме, и в 2011-м власти Нью-Йорка
потребовали от жителей перейти
на более безопасные версии топочного мазута.
В результате качество воздуха в городе уже
к 2013 году заметно улучшилось.
Сейчас такие процессы автоматизируются.
Сенсоры могут улавливать гарь и передавать эту
информацию дистанционно, без необходимости ходить
по городу с приборами. Так, начиная
с 2020-го берлинская компания Dryad разрабатывает сети сенсоров для
идентификации лесных пожаров. Сенсоры крепятся
к деревьям, реагируют на запах гари
и посылают GPS-координаты лесникам
с доступом к приложению. Такие технологии
могут помочь сохранить лесные массивы и жизни людей
и животных, которые живут в лесах или рядом
с ними.
А еще сенсоры можно использовать, чтобы определять
оптимальные места для установки солнечных батарей, находить утечки метана в старых
трубопроводах и предупреждать рыбаков, когда стоит
перестать рыбачить, чтобы не навредить экосистемам
в океане.
Глава вторая. Почему все эти технологии
не спасут нас
Надежду на то, что любые проблемы можно
решить, изобретая новые технологии, часто называют
техноутопизмом или техносолюционизмом
(от английского solution —
«решение»). Техносолюционизм создает иллюзию легких
решений. Ведь просто изобрести нужные технологии
мало.
Во-первых, их нужно
не только разработать,
но и распространить. От создания
решения до его массового внедрения обычно проходят
десятилетия. Так вышло, например, с графеном. Этот материал может
увеличивать емкость аккумуляторов для солнечных батарей,
превращать морскую воду в питьевую и очищать
океаны от разливов нефти. Изобрели графен еще
в 2004-м, но массово использовать так
и не начали: производить его слишком долго, дорого
и энергозатратно. Не началось массовое
использование b солнечного стекла, хотя открыли его почти десятилетие
назад.
Одна из сложностей в процессе
внедрения новых технологий ― трудности в добыче природных ресурсов, необходимых
для их потокового производства. Например, около 90%
лития сейчас извлекают всего в трех странах,
а 70% кобальта — в одной лишь
Демократической Республике Конго. Оба эти вещества нужны для производства смартфонов,
ноутбуков и электромобилей.
Другая трудность ― несбалансированное
распределение производства технологий по странам.
Китай сегодня — крупнейший в мире поставщик установок для производства
возобновляемой энергии сразу во всех важных
отраслях: это и ветроэнергетика, и солнечные
батареи, и аккумуляторы, и тепловые насосы, и электролизеры. Страна фактически монополизировала мировой рынок зеленой
энергетики. Однако Международное энергетическое
агентство уверено, что для большей устойчивости
этот рынок должен стать гораздо более конкурентным.
⇲ Kit писал о том, как Китай —
мировой лидер по выбросам парниковых газов —
смог стать одновременно и самой зеленой
страной.
Во-вторых, решая одни проблемы,
новые технологии создают на их месте
новые. Например, для производства электромобилей
и работы ИИ необходимо много электричества
и воды. Чтобы выпустить один электромобиль, воды нужно примерно в два раза больше,
чем для производства обычного.
А на искусственный интеллект, который может помочь в борьбе
с климатическим кризисом, в 2027 году,
вероятно, будет уходить до 6,6 миллиарда кубометров
воды, показало американское исследование
2023 года. ИИ уже много расходует:
на тренировку одной только ChatGPT-3,
согласно исследованию, могло уйти не меньше 700 тысяч литров,
а чтобы ответить на 10 вопросов, она может
расходовать по 500 миллилитров.
Отбеливание облаков ― тоже очень спорная
идея. Предсказать, как именно изменится климат планеты,
если облака превратятся в огромные зеркала, очень
сложно. Кроме того, подобные меры потенциально способны
причинить планете вред: привести к снижению
урожайности, потеплению Мирового океана, увеличению
количества циклонов в Северном полушарии
и засухе в Африке (подробнее об этом
Kit писал здесь).
Для солнечных панелей и батарей нужен
литий, а его добыча разрушает экосистемы. Чилийская
пустыня Атакама, богатая литием, из-за больших расходов
воды, необходимых для добычи этого металла, уже столкнулась с исчезновением
многих видов живых существ, начиная
с микроорганизмов и заканчивая двумя видами
фламинго.
А добычей кобальта
в Демократической Республике Конго в середине
2010-х занимались 40 тысяч детей. Они работают за мизерную плату
и нередко погибают в шахтах под
завалами.
С новыми технологиями возникают
и более неожиданные сложности. Например, при
внимательном изучении экологичного угля биочара
в 2021 году выяснилось, что он может быть
токсичен. Если же заставить океан поглощать больше
углекислого газа, это ударит по его обитателям,
например мидиям и кораллам. Их скелеты состоят
из карбоната кальция, который растворяется
в подкисленной воде. Другая проблема ― из-за
повышенной кислотности рыбам становится тяжелее дышать.
А еще добавление железа в океан может серьезно нарушить пищевые
цепочки.
Наконец, в-третьих, у научно-технического
прогресса есть пределы. Еще в 1972
году международная независимая организация «Римский
клуб» опубликовала книгу, которая так и называется
― «Пределы роста». Ее авторы ―
исследователи из разных дисциплин
— с помощью компьютерной программы для
моделирования World3 спроектировали
12 сценариев будущего до 2100 года.
На основе данных о населении, рождаемости,
смертности, промышленности, производстве продуктов
и услуг, невозобновляемых ресурсах, загрязнении
и выбросах парниковых газов они предсказали, как
будут развиваться экономика, общество, технологии
и климат.
Хорошая новость ― ни один
из сценариев не приводил к полному
вымиранию людей. Плохая — во многих
сценариях жизнь будущих поколений была гораздо хуже, чем
у их предшественников: население резко
сокращалось, заводы закрывались, наступали голод
и климатический кризис.
Причем три сценария подразумевали внедрение
новых технологических решений. Однако даже эти сценарии
оборачивались неизбежным коллапсом: из-за роста
населения, истощения ресурсов планеты
и климатических изменений качество жизни
человечества все равно ухудшалось. А вот сценарии,
в которых коллапса получалось избежать, полагались
не только на инновации —
но и на социальные изменения.
За выходом книги последовала волна
критики со стороны экономистов. Например, Генри
Уоллик посчитал «Пределы роста» нападками
на свободный рынок и раскритиковал книгу
за недостаток веры в технологии.
Он соглашался, что у экономического подъема
есть пределы, но полагал, что рынок способен решить
все проблемы естественным путем. Дискуссии, начавшиеся
в 1972-м, продолжались несколько десятилетий,
вплоть до выхода обновленной версии книги — «Пределы роста. 30 лет
спустя». Новое издание учитывало критику экономистов
и техноутопистов, а в 2022-м «Римский
клуб» выпустил улучшенную модель для
прогнозов под названием Earth4All, которая сделала новые
предсказания. Результаты остались прежними:
у научно-технического и экономического
прогресса есть пределы, а, чтобы построить стабильный
мир, одних технологических инноваций мало.
Дело в том, что для технологий нужны
ресурсы, а они исчерпаемы. Кроме того,
в условиях свободного рынка технологии
распространяются медленно. Но самое главное, считают авторы «Пределов роста»,
в том, что технологии неразрывны с целями
и ценностями общества. Если общество считает нормой
обогащение элит, получение быстрой выгоды
и отношение к природе как к источнику
ресурсов, технологии неизбежно будут подстраиваться под
эти ценности. Если люди уверены, что уровень комфорта
должен постоянно расти, то более эффективные
технологии будут не снижать потребление ресурсов,
а создавать новые потребности.
Например, может появиться технология,
позволяющая тратить меньше электричества. Однако из-за
того, что стоимость электроэнергии снизится, люди начнут
расходовать еще больше электричества, чем прежде.
В экономике это называют «эффектом отскока». Именно так произошло с лампами накаливания
в начале XX века. Сначала стали популярными
лампы с угольной нитью. Затем появилась новая
разработка ― вольфрамовые лампы, которые потребляли
в четыре раза меньше электроэнергии, чем
их предшественники. Электрокомпании боялись, что
более эффективная технология заставит людей
в четыре раза реже покупать новые лампочки.
Но вышло наоборот ― из-за дешевизны лампочки стали
использовать чаще. В результате рынок лампочек
вырос, а вместе с ним выросло и общее
использование электричества.
В 2019 году исследовательница Гайя
Хэрингтон перепроверила и подтвердила
сценарии «Пределов роста». Сегодня важнее не то,
какими технологиями мы воспользуемся, считает
она, — а то, от каких мы готовы
отказаться: «Зачем нам заменять [исчезающих] пчел
роботами-опылителями, если мы можем использовать
наш инновационный потенциал для изобретения методов
сельского хозяйства, у которых не будет
побочных эффектов от инсектицидов? Зачем
использовать беспилотники для посадки новых деревьев,
если можно перестроить экономику так, чтобы
не вырубать и не сжигать существующие
леса?»
Глава третья. Что же тогда поможет
нам
Итак, одни инновации нас не спасут.
Но неужели мечтательный восторг, который
мы испытываем от чтения о планктоне
в батареях для микропроцессоров и солнечном
стекле, ― это плохо? Вот несколько идей ученых
и активистов — о том, как сделать так,
чтобы технологии лечили не симптомы климатического
кризиса, но и его причины —
и помогали строить новый зеленый
мир.
→ Сделать устойчивое развитие частью
международной политики
Понять, почему решение климатических проблем
не может обойтись одним лишь внедрением технологий,
поможет кейс озоновой дыры. Ученые обнаружили в 1986 году и забили тревогу. Однако уже к началу
XX века дыра начала затягиваться. Восстановление озонового
слоя стало возможным благодаря сотрудничеству 200 стран
мира в рамках Монреальского протокола 1987 года.
Основным пунктом соглашения был запрет веществ, которые
разрушали озоновый слой. Хоть люди
и не заметили, в повседневной жизни это
затронуло каждого: изменился состав лаков для волос
и освежителей воздуха, а еще, например,
охлаждающие вещества в холодильниках. Да,
технологии сыграли здесь важнейшую роль. Во-первых, без
них не обнаружили бы саму
дыру. Во-вторых, отказаться от разрушающих озоновый
слой веществ помогла разработка безопасных аналогов.
Но еще важнее оказалось то, что все страны мира
объединились и решили проблему
согласованно.
Глобальное потепление ― более сложная
проблема, чем озоновая дыра (но, конечно, они связаны ―
пока мы писали эту статью, появились сообщения о том, что озоновая
дыра, вероятно, снова растет, на этот раз из-за
глобального потепления). Многие исследователи говорят, что главное ― это чтобы
государства прекратили субсидировать топливную
промышленность. В одном только 2022-м государства
всего мира выдали почти семь триллионов долларов
субсидий на добычу и использование ископаемого
топлива, подсчитали эксперты Международного
валютного фонда. Это 7,1% мирового ВВП.
Субсидии искусственно занижают рыночную
стоимость нефти, газа и угля. В итоге
компаниям выгоднее оставить все как есть,
а не переходить на возобновляемую
энергию.
В будущем можно не только
отказаться от субсидий для топливных компаний,
но и ввести налог
на углерод. Работает это так: те компании,
которые используют традиционное топливо, платят
не только за его стоимость,
но и за вред, который планете наносят
выбросы CO₂. Тогда возобновляемая энергия
станет просто выгоднее, и переход на нее
ускорится.
Еще один шаг ― увеличение налогов для
миллиардеров, к чему призывают создатели модели для
прогнозов Earth4All, о которой
мы писали выше. Это может помочь профинансировать
переход на новые технологии возобновляемой энергии
и поддержать те социальные группы, которые
наиболее уязвимы к климатическим
и экономическим переменам.
Прямо сейчас, с 30 ноября
по 12 декабря, в Дубае проходит
Конференция ООН по изменению климата
(COP28) — важнейшая попытка международной
кооперации в этой области. В последние восемь
лет конференция стала еще и площадкой,
на которой ежегодно оценивают, насколько мир
приблизился к целям Парижского соглашения 2015 года. Его
цель — не допустить, чтобы планета нагрелась
больше чем на 2 °C по сравнению
с доиндустриальным уровнем (в идеале —
удержаться ниже 1,5 °C). Но пока
результаты неутешительные: в 2019 году
планета достигла 1,1 °C, а уже в 2020-м — 1,2 °C,
и температура продолжает расти.
Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш,
выступая на COP28, в очередной раз предупредил: «Наука ясно дает понять:
предел в 1,5 °C возможен только в том
случае, если мы в конечном итоге перестанем
сжигать все ископаемое топливо. Не уменьшать,
не убавлять. [Нужен] поэтапный отказ с четкими
временными рамками».
В то же время сама COP28
вызывает много вопросов. Конференция проходит в ОАЭ, а эта
страна — один из лидеров по экспорту
нефти. Председатель конференции Султан бен Ахмед
аль-Джабер — генеральный директор Национальной
нефтяной компании Абу-Даби. На COP28
он прямо отрицал пользу возобновляемой энергии.
По его словам, отказ от ископаемого топлива
загонит человечество «обратно в пещеры».
→ Изменить привычки
Если мы хотим, чтобы человечество жило
долго и стабильно, нам нужно сообща пересмотреть
наши потребительские привычки. Конечно,
на отдельных людях лежит гораздо меньше ответственности,
чем на президенте нефтяной корпорации
из Абу-Даби. А за 71% парниковых газов
вообще ответственны всего лишь 100 мировых
компаний. Однако участники Scientists for Future —
объединения ученых из Германии, Швейцарии
и Австрии — считают, что именно
потребительские привычки способны в конечном счете
изменить мировую экономику. Да, переход одного человека
на более устойчивое потребление может быть
незаметен. Но если уговорить офис, целую компанию,
школу или районную администрацию изменить привычки
на экологичные, это будет более существенно.
Главное ― такие низовые действия могут иметь «эффект бабочки» — запустить
цепную реакцию, которая позволит быстрее распространять
новые идеи и практики, делая их нормой,
а не исключением.
Одна из основательниц Scientists for
Future Майя Гепель выделяет четыре ключевых отрасли,
в которых изменение потребительских привычек может
иметь большое значение. Она называет их 4П: полеты,
плохая одежда, питание и предпринимательство
(в оригинале на немецком это 4F: Fliegen,
Fummel, Fleisch, Finanzen).
Во-первых, мы можем отказаться
от лишних полетов. Особенно плохи для экологии
дешевые полеты на короткие расстояния ― те, которые
можно преодолеть на поезде.
Во-вторых, по возможности стоит выбирать
более долговечную одежду. В мире каждый год шьют около 100 миллиардов единиц
одежды, а углеродный след индустрии моды
в 2022 году составлял от 2 до 8%
от всех выбросов парниковых газов. Причем обычно
одежду производят из дешевых
и недолговечных материалов. «Если вы покупаете
фаст-фешн, вы вкладываетесь
в эту индустрию и поощряете
ее расширяться и не останавливать свои
разрушительные процессы», — говорила в 2021 году
экоактивистка Грета Тунберг, которая сама приобретает
вещи только в секонд-хендах.
В-третьих, помочь планете можно, начав есть
меньше мяса. На животноводство, по разным подсчетам, приходится от 11,1
до 19,6% всех парниковых выбросов. А вот
растительные диеты выделяют в среднем на 75%
меньше парниковых газов, чем богатые мясом.
К тому же продуктовая корзина, в которой
будет меньше красного мяса, может принести пользу здоровью. Отказаться
от животных продуктов нам всем будет гораздо проще,
если продуктовая индустрия станет производить больше
качественных растительных альтернатив, а ученые
будут чаще посвящать исследования роли растительной пищи
в рационе.
Наконец, внести свой вклад в борьбу
с глобальным потеплением могут предприниматели.
Например, немецкий почтовый провайдер Posteo работает полностью
на зеленой энергии, использует энергоэффективное
оборудование, не хранит на серверах
бесполезную информацию вроде спама и делает
пожертвования экологическим организациям. В свою
очередь поисковая система Ecosia направляет большую часть
прибыли на защиту и восстановление лесов
по всему миру.
→ Распространять гуманистические
ценности
Без понимания, ради чего мы хотим
изменить мир, попытки сделать это могут оказаться
безуспешными. Авторы «Пределов роста» после сотен
страниц со статистикой и графиками обращаются
к ценностям. Забота о планете важна, чтобы
людям и их потомкам жилось не хуже,
а лучше, пишут они. Беспокойство
о климате должно опираться на гуманизм,
а «переход к устойчивому развитию должен быть
прежде всего коллективным преобразованием, которое
развивает лучшие, а не худшие стороны
человеческой натуры». Умение работать в группах,
отказ от цинизма, сопереживание, терпимость
и поддержка более уязвимых ― вот те качества,
которые помогут построить более устойчивый мир.
Одними технологиями тут не обойтись.
><{{{.______)
В общем, климатический кризис
не контролируется одной кнопкой, подчеркивает Майя Гепель, ― нельзя
просто нажать на нее и остановить глобальное
потепление.
Не помогут и две-три новых
технологии. Самое время в принципе отказаться
от поиска быстрых технологических решений ―
и признать: у того, как человечество
обращается с планетой, есть серьезные последствия.
Чтобы выйти из климатического кризиса, нам нужно
полностью поменять наши отношения с миром. Тогда
и у технологий будет больше шансов помочь
нам.
(｡･_･｡)人(｡･_･｡) ДРУЗЬЯ KIT
(｡･_･｡)人(｡･_･｡)
В приложении наших друзей
из «Медузы» появился новый раздел —
с книгами, которые выпустило их издательство.
Из-за цензуры нельзя купить эти книги в России,
зато можно читать — в любой стране мира
и совершенно бесплатно. Просто скачайте приложение «Медузы» (или
обновите его до последней версии, если уже
пользуетесь им). В разделе с книгами уже
доступны «Моя любимая страна» журналистки Елены
Костюченко и одна глава из «Войны
и наказания» Михаила Зыгаря (скоро мы выложим
текст целиком). Затем там появятся «Унеси ты мое
горе» Катерины Гордеевой и «Я желаю пепла
своему дому» Дарьи Серенко. Важно: обновленное
приложение с книгами пока доступно только для
пользователей IOS. У тех, кто пользуется
Android, оно появится чуть позже. Советуем
включить режим автоматического обновления.
Приложение «Медузы» стоит скачать, даже если
вы не собираетесь читать книги: объективные
новости спасают жизни. Поэтому установите приложение
не только себе, но и вашим близким. Те,
кого смущает логотип «нежелательной организации», смогут
изменить иконку приложения на нейтральную
в настройках. И да, поддержите «Медузу» пожертвованием,
если для вас это безопасно. |
|
