Подпишитесь
на рассылку Kit, если вы еще этого
не сделали. Мы будем присылать вам два письма
в неделю, во вторник и пятницу. Все наши
предыдущие тексты вы найдете в архиве.
А если хотите поделиться этим письмом, просто
перешлите его по почте или используйте ссылку
в самом верху страницы.
Мы вступаем
в переписку с читателями. Просто ответьте
на письмо или пишите сюда.
Навигация
В этом
тексте больше 20 тысяч знаков. Его
чтение займет 15 минут.
Письмо
состоит из трех глав.
Первая объяснит, почему тема климата
так важна на нынешних выборах президента США.
Вторая поможет понять позиции
кандидатов по основным вопросам: от перехода
на чистую энергию до добычи нефти.
А из третьей вы узнаете,
сможет ли новый американский президент радикально
решить (или отказаться решать) климатический вопрос.
Почему
тема климата так важна на нынешних президентских
выборах?
В июне 2024
года Дональд Трамп проводил в Финиксе предвыборный
митинг. Несмотря на 45-градусную жару, встретиться
с кандидатом в президенты
от Республиканской партии пришли несколько тысяч
человек. Пока они обливались водой и прятались
от солнца под полями ковбойских шляп, Трамп
со сцены ругал
электроавтомобили, ветряные турбины и байденовские
меры поддержки чистой энергии. Из-за теплового удара
тогда госпитализировали 11 человек.
Еще
в 2016-м Трамп называл
климатический кризис «китайской выдумкой».
И за прошедшие с тех пор годы его взгляды
практически не изменились. Чего не скажешь
об американских избирателях.
В прошлом
году в США зарегистрировали рекордное
число природных катаклизмов — почти вдвое больше, чем
в 2016 году, когда Трамп впервые баллотировался
на президентский пост. Учащающиеся катастрофы
не только лишают американцев привычной жизни,
но и усугубляют
жилищный кризис.
Чтобы
купить дом в ипотеку, нужна страховка.
Но компаниям теперь просто не выгодно
страховать дома на уязвимых территориях: например,
в прибрежных зонах во Флориде и недалеко
от лесов в Калифорнии. В результате одни
страховщики поднимают цены в разы,
а другие и вовсе уходят
из таких районов. Банки отказываются подтверждать
ипотеку без страховок — из-за этого буксуют продажи
и девелоперы меньше строят. Поэтому нехватка жилья
становится все острее.
Так
изменение климата превращается для многих американцев
из абстрактной идеи в реальную проблему. Это
подтверждают данные недавнего исследования
Йельского университета: 62% зарегистрированных
избирателей предпочли бы кандидата
в президенты, который обещает бороться
с климатическим кризисом.
Этой
позиции придерживаются больше 80% сторонников демократов
(среди либеральных демократов таких до 97%), 62%
независимых избирателей — это те, у кого нет
партийных предпочтений, 47% умеренных республиканцев
и 17% консервативных республиканцев.
Интересно,
что для последних отношение к климатическому
кризису нередко вопрос поколенческий: так,
консервативная молодежь активно включается
в борьбу за спасение планеты. По данным исследовательского
центра Pew Research Center,
республиканцы-миллениалы и зумеры почти вдвое чаще
соглашаются с тем, что деятельность человека
способствует изменению климата и правительство США
делает недостаточно для борьбы с ним.
В этом
году американцы, которых заботит климатический кризис,
могли объединиться вокруг независимого кандидата
Роберта Ф. Кеннеди. Бывший экозащитник, он обещал стать
«лучшим президентом для окружающей среды в истории
Америки». Но после того, как Кеннеди вышел
из президентской гонки и поддержал
Трампа, голоса как минимум части его сторонников вновь
на кону.
Климатическая
позиция Трампа уже стоила республиканцам 3% голосов
в 2020-м: тогда, по оценкам исследователей
из Колорадского университета в Боулдере, она
отпугнула независимых избирателей. Сейчас ставки
максимально высоки: явного преимущества до сих пор
нет
ни у Харрис, ни у Трампа.
Исход
выборов, вероятно, будут решать голоса из семи так
называемых неопределившихся штатов. Практически для всех
из них изменение климата пусть
и не главный, но важный вопрос. Северная
Каролина и Джорджия осенью 2024-го пострадали
от урагана
«Хелен», больше 200 человек тогда погибли. Невада
и Аризона много лет живут в условиях нехватки
воды из-за засух и истощения бассейна реки
Колорадо. А в Пенсильвании, Мичигане
и Висконсине остро стоит вопрос регулирования
нефтегазовой индустрии: с одной стороны, она
обеспечивает рабочие места, а с другой —
может серьезно вредить
здоровью.
Что
Трамп и Харрис думают о главных климатических
вопросах
→
Нужно ли ограничивать добычу нефти
и газа?
Перенесемся
на Аляску. Представьте себе Национальный
Арктический заповедник. Крупнейший в США,
по площади он сопоставим с Нижегородской
областью. Здесь нет ни железнодорожных,
ни автомобильных дорог: после покупки Аляски
у России в 1867 году эти северные территории
оставались неисследованными почти сто лет.
А в 1960-м получили охранный статус.
Сегодня
здесь обитают три вида медведей: бурые, черные
и белые. На нетронутых тундровых равнинах
пасутся стада северных оленей, а в прибрежных
зонах летом гнездятся более 200 видов птиц.
Здесь же находятся залежи нефти на 11
миллиардов баррелей. За их разработку
с 1970-х бьются лоббисты нефтегазовых корпораций
и республиканцы.
Только
при Трампе им это удалось: его администрация разрешила
бурение скважин на 80% территории Национального
Арктического заповедника. Решение было настолько
спорным, что в итоге даже крупные
нефтедобытчики отказались участвовать
в аукционе за право разработки
на Аляске.
Большинство
лицензий выкупило правительство штата. Это принесло
в госбюджет всего около 15 миллионов долларов,
меньше 1% от того, что планировала администрация
Трампа. Когда же в Белый дом пришел
Байден, он приостановил действие уже выданных
лицензий. А позже и вовсе отменил
их.
В своей
нынешней предвыборной кампании Трамп обещает возобновить
добычу нефти и газа на Аляске и вообще
везде, где они есть. «Drill, baby, drill»
(«Бури, детка, бури») уже привычный слоган для его
митингов и кулуарных мероприятий.
Например,
в мае 2024-го на встрече с главами
нефтегазовых компаний Трамп обещал
способствовать разработке новых месторождений
в Мексиканском заливе и восстановить выдачу
разрешений на бурение в Арктике.
Но с одним условием: топ-менеджеры должны
пожертвовать на его кампанию миллиард
долларов.
В случае же
победы Харрис, пугал Трамп своих сторонников, индустрии
придется непросто. «Если она победит, нефтедобыча
в Пенсильвании закончится в первый же
день ее срока», — заявил он во время
теледебатов.
Во время
президентских праймериз 2020 года Камала Харрис
действительно поддерживала
агрессивный климатический план. Она планировала выделить
10 триллионов долларов на декарбонизацию
американской экономики и на федеральном уровне
запретить фрекинг. Этот метод добычи нефти и газа
критикуют
за выбросы метана и повышенные риски для
здоровья людей.
Сейчас
фрекинг запрещен в шести преимущественно
демократических штатах, включая родную для Харрис
Калифорнию. Однако в колеблющихся штатах (например,
в Пенсильвании) бум фрекинга в последние 15
лет позволил оживить экономику и создать рабочие
места в сельской местности. Из-за этого Харрис
смягчила позицию и дистанцировалась от своих
прошлых высказываний. Уже в роли вице-президента
она проголосовала за Закон
о снижении инфляции, который в том числе
предполагает расширение выдачи лицензий на фрекинг
на государственных землях.
Когда же
во время дебатов с Трампом
ее напрямую спросили о смене позиции, Харрис
заявила, что не собирается запрещать фрекинг. «Нам
нужно инвестировать в разнообразные источники
энергии, чтобы сократить нашу зависимость
от иностранной нефти», — сказала она.
И добавила, что во время
ее вице-президентства США достигли рекордных
показателей по нефтедобыче.
Впрочем,
советники Харрис говорят, что она сознательно
придерживается «стратегической
неопределенности», стараясь не спугнуть
избирателей из «колеблющихся» штатов.
→
Стоит ли сокращать выбросы?
За четыре
года в Белом доме Трамп не только изменил
правила защиты дикой природы ради того, чтобы выделить
новые участки под добычу нефти и газа: он отменил как
минимум 125 мер, направленных на защиту окружающей
среды. Например, снизил
введенные Обамой требования по топливной
эффективности автомобилей, запретил
Калифорнии устанавливать собственные ограничения
на выбросы выхлопных газов, ослабил
контроль за выбросами ртути угольными
электростанциями и снял
охраняемый статус с более чем половины национальных
водно-болотных угодий.
Кроме
того, Трамп значительно ослабил контроль за так
называемыми суперполлютантами — веществами, которые
особенно сильно загрязняют климат. К ним относят
метан и гидрофторуглероды (ГФУ), которые используют
в кондиционерах, холодильниках и монтажных
пенах.
Суперполлютанты
вредят планете так сильно, что ограничение
их использования даст больше результата, чем
сокращение выбросов углекислого газа. Для сравнения:
парниковый эффект от метана
в 80 раз сильнее, чем от углекислого газа.
А от ГФУ
и вовсе в тысячи и даже десятки тысяч
раз.
↘︎
Почему метан — самый неоднозначный
парниковый газ? Читайте в этом письме
Kit
Впрочем,
позже, когда президентский срок Трампа закончился, новый
лидер США Джо Байден принял обновленный План действий
по сокращению выбросов метана. В нем было
50 конкретных мер, на исполнение которых Байден
выделил 20 миллиардов долларов. Помимо этого,
на саммите ООН 2021 года он поддержал
глобальную цель — снизить выбросы метана
на 30% к 2030-му. А еще при Байдене США
присоединились к почти 200
странам, договорившимся отказаться от ГФУ
в пользу менее опасных альтернатив (Трамп
во время своего срока делать этого
не стал).
Если бы
Байден оставил политику Трампа без изменений,
в атмосфере оказались бы дополнительные 1,8
миллиарда кубических тонн парниковых газов —
больше, чем годовой выброс Германии, Великобритании
и Канады, вместе взятых. Таковы расчеты
исследовательского центра Rhodium
Group. Итогом могли бы стать тысячи
смертей от болезней, связанных с ухудшением
качества воздуха, а также последствиями лесных
пожаров, ураганов, наводнений и других природных
катастроф, которые из-за изменения климата становятся
все более экстремальными.
В свою
очередь Байден, напротив, официально поставил
цель вдвое сократить выбросы парниковых газов
к 2030 году. Правда, по данным правительственного
отчета 2023 года, США пока отстают от этого плана
на 35—43%.
Камала
Харрис, по мнению аналитиков финансовой корпорации
ING,
скорее всего, оставит в силе принятые Байденом
меры. Кроме того, она может вернуться к идее углеродного
налога, за который выступала, будучи
сенатором.
Суть
такого налога в том, что компании должны платить
за производимые ими выбросы парниковых газов. Чем
их больше, тем выше плата. Предполагается, что это
поможет стимулировать переход к более чистым
источникам энергии. Похожий
закон в 2023 году вступил в силу
в Европе.
→
Надо ли переходить
на электроавтомобили?
Как
и большинство стран, в попытке победить
климатический кризис США пытаются
перейти к экономике с нулевыми выбросами
парниковых газов. Например, здесь создают систему поддержки
производителей чистой энергии, батарей для
ее хранения и электроавтомобилей.
В течение 10 лет они получат субсидии на 730
миллиардов долларов — в основном за счет
долгосрочных налоговых вычетов.
Поддерживают
не только производителей,
но и потребителей. Например, когда человек
покупает произведенный в Северной Америке
электромобиль, он получает семь с половиной
тысяч долларов налогового кредита.
Из-за этого в 2023 году в США продали вдвое
больше электромобилей, чем годом раньше, — всего
свыше 1,4 миллиона.
Также
Байден обязал все федеральные агентства полностью
перейти на легковые электроавтомобили к 2027
году и ввел новые
стандарты выхлопов для грузовиков и школьных
автобусов. Камала Харрис выступала
за их электрификацию, еще будучи
сенатором.
Агентство
окружающей среды на федеральном уровне утвердило
похожие лимиты и для легковых автомобилей: ожидается,
что из-за них к 2030 году до половины всех
новых машин в США будут электрическими или
гибридными.
По оценке
аналитиков некоммерческой организации Rocky Mountain
Institute, если все эти планы действительно
воплотятся, к 2030-му парниковые выбросы США
снизятся на 7%. Похожий эффект был бы,
если бы с дорог страны исчезла треть всех
автомобилей с двигателями внутреннего
сгорания.
Впрочем,
Трамп все эти меры, мягко говоря, не поддерживает.
В своей соцсети Truth
Social он назвал байденовскую
программу «электроавтомобильным безумием»
и предложил всем, кто с ней согласен, «гнить
в аду». Он раскритиковал правила как
«смехотворные» и назвал их запретом
на машины с бензиновыми двигателями (это
неправда: закон не регулирует технологию двигателя,
а лишь ограничивает допустимый уровень выхлопных
газов).
Интересно,
что на митингах со своими сторонниками
Трамп предрекал:
электрификация машин уничтожит больше половины всех
рабочих мест в автомобильной индустрии.
Но с тех пор как он заручился публичной
поддержкой Илона Маска, заметно смягчил свой тон. «Мне
нравится Илон, и знаете, для электроавтомобилей
есть свое место», — говорил
он в следующих своих выступлениях.
Значит ли
это, что выборы в США определят будущее
планеты?
Ответить
не так просто, как кажется на первый
взгляд.
■
Во-первых, президентская власть в США
не безгранична. Чтобы убедиться
в этом, достаточно вспомнить историю с выдачей
разрешений на нефтедобычу на федеральных
землях.
В свои
первые дни на президентском посту в январе
2021-го Байден запретил
выдачу новых лицензий. Но через пять месяцев
федеральный судья из Луизианы заблокировал
этот запрет, и выдача возобновилась. Еще спустя год
запрет восстановил
апелляционный суд. Но уже на следующий
день все тот же федеральный судья вновь его заблокировал.
Эта
судебная чехарда хорошо иллюстрирует, насколько
ограничена в США президентская власть.
Противостояние с судами может произойти
у любого кандидата, при этом сейчас столкнуться
с ним рискуют прежде всего демократы.
Дело
в том, что во время своего первого срока Трамп
успел
назначить 226 федеральных судей (четверть
от всех действующих), добившись подавляющего
большинства консерваторов. В итоге Верховный суд
уже выпустил целую серию решений по климатическим
инициативам администрации Байдена — Харрис.
Например, заблокировал
так называемое правило хорошего соседа, которое защищало
штаты от загрязненного воздуха из соседних.
А еще ограничил
возможности Агентства по охране окружающей среды
регулировать выбросы действующих электростанций.
Впрочем,
это не значит, что климатические законы легко
отменить. Как минимум этому могут помешать сами
избиратели. Например, большинство
проектов, которые претендуют на климатические
субсидии, были запущены именно в республиканских
округах. Эти проекты привлекли более 107 миллиардов
долларов инвестиций и создали свыше 70 тысяч
рабочих мест. Уговорить людей «выстрелить себе
в ногу» и отказаться от них будет весьма
сложно.
Кроме
того, в США власти отдельных штатов исторически
имеют едва ли не больший вес, чем федеральное
правительство. Так, когда во время первого срока
Трампа федеральное правительство отказалось
от контроля над выбросами, многие штаты стали
самостоятельно бороться с загрязнением воздуха
от машин и электростанций.
Скажем,
Калифорния в это время в частном порядке заключила
соглашение с пятью крупнейшими автопроизводителями.
Документ предполагал, что они продолжат придерживаться
введенных Обамой стандартов эффективности двигателей,
несмотря на то что Трамп их отменил.
Колорадо и Нью-Мексико приняли свои программы
по контролю за утечками метана. И как
минимум 16 штатов объявили
о сокращении использования ГФУ.
■
Во-вторых, любого президента будет сдерживать
рынок. Например, Джо Байден старался побыстрее
переключить экономику США с углеродных
энергоносителей на чистую энергию, но именно
при нем США достигли рекордных уровней добычи нефти
и газа.
Впрочем,
к действиям Белого дома это не имеет
отношения. Внушительные показатели скорее объясняются
скачком цен после российского вторжения в Украину,
восстановительным ростом после пандемии
и дополнительным спросом со стороны
европейских стран, начавших отказываться
от российских поставок. Так рынок оказался
сильнее — и нефтегазовая отрасль росла
рекордными темпами.
Другой
пример связан с фрекингом. С одной стороны,
запретить его президент может только
на государственных землях, в то время как
большинство фрекинговых разработок приходится
на частные владения. А с другой —
периоды роста и спада фрекинговой добычи скорее
соотносятся не с политическим курсом,
а с тем, насколько рентабелен такой метод
добычи при текущих ценах на нефть.
Журнал
MIT Technology
Review отмечает, что скважины, разработанные
при помощи фрекинга, теряют до 60% своей
производительности уже после первого года использования.
То есть метод выгоден только при бурении новых
мест — а это дорого.
В начале
2010-х такая схема работала за счет высоких цен
на энергоносители, но с падением цен
дорогостоящий фрекинг стал менее привлекательным. Сами
компании начали сворачивать свои проекты. Из-за этого
в 2020-м, уже при администрации Трампа, отрасль
потеряла 100 тысяч рабочих мест, а безработица
в сфере добычи достигла 15%. Это был самый высокий
показатель среди всех секторов экономики.
При
Байдене же — вернее, при очередном повышении
цен — фрекинг вновь стал рентабельным. Впрочем,
нынешний подъем может быть кратковременным.
На длинной дистанции нефтегазовые компании США
и сами активно инвестируют в возобновляемую
энергию: за последние 13 лет они заключили
более 50 сделок по производству чистой энергии
на общую сумму в 171 миллиард долларов.
■
Но все это не значит, что выборы
ни на что не влияют. Вероятно,
новый президент США действительно едва ли сможет
кардинально изменить намеченный курс перехода
к чистой энергии. Как и немедленно отказаться
от углеводородов.
Скорее
всего, его влияние выразится в скорости,
с которой Америка будет двигаться навстречу
переменам. Кроме того, Белый дом может повлиять
на общемировую климатическую ситуацию.
Например,
в первый же год своего президентства Трамп
вывел США из Парижского соглашения по климату,
подписанного 195 странами мира. Следуя принципу «Америка
прежде всего», Трамп раскритиковал договор как
несправедливый по отношению к американским
компаниям и налогоплательщикам —
и выгодный лишь другим странам.
Дело
в том, что соглашение предусматривало
не только сокращение выбросов углекислого газа,
но и финансовую помощь развивающимся
экономикам. Трамп назвал эти обязательства
«драконовским» экономическим бременем.
Когда
президентом стал Джо Байден,
он в первый же день вернул США
в Парижское соглашение. Его поддерживает
и Камала Харрис. По словам источников Reuters, она понимает, что помощь
развивающимся странам в борьбе с изменением
климата — не просто трата денег. Ведь чем хуже
в этих государствах условия жизни (в том числе
климатические), тем выше вероятность, что их жители
попытаются иммигрировать в более благополучные
страны, такие как США. Один из советников
Харрис даже предложил «план Маршалла
для чистой энергии», который бы субсидировал
закупку развивающимися странами американских зеленых
технологий.
Взгляды
Харрис и Трампа расходятся и относительно
поддержки Всемирного банка, который недавно попросил
дополнительные 100 миллиардов долларов на борьбу
с климатическим кризисом. США владеют крупнейшей
долей банка (17,5%) и считаются
его главным спонсором. Камала Харрис, еще будучи
вице-президентом, подтверждала, что Штаты готовы
поддерживать Всемирный банк. А Трамп, наоборот,
может полностью прекратить это сотрудничество: «Проект
2025», который считается неофициальным планом
на его второй срок, предлагает стране выйти
из Всемирного банка и отказаться от любых
финансовых вложений в эту и другие
международные организации.
Кроме
того, если Трамп вновь станет президентом, в этот
раз он может остаться в Парижском соглашении,
но начать блокировать и замедлять
климатические программы. Американские дипломаты при
администрации Джорджа Буша уже действовали так
в отношении Киотского
протокола — этот документ впервые ввел
обязательства по сокращению выбросов для развитых
стран.
В то же
самое время с первого срока Трампа мир научился
меньше полагаться на США и двигаться
к общим климатическим целям без поддержки
Вашингтона.
«Китай
серьезно вовлекается в климатическую повестку
не под давлением США, они делают это, потому что
они — весьма уязвимая [к изменению климата] страна.
Все страны — Китай, Индия, Евросоюз — имеют
множество веских причин действовать», — говорит
Янош Паштор, главный советник ООН по климату. Так
что сегодня Белый дом может стать либо ускорителем, либо
тормозом общего движения — но уж точно
не повлияет на вектор мирового
развития.
><{{{.______)
В то же
время возможностей предотвратить последствия
климатического кризиса становится все меньше.
Об этом в недавнем докладе пишет
Межправительственная группа экспертов по изменению
климата.
Потепление
даже на полградуса означает, что на 200
миллионов больше людей начнут страдать от засух,
мир ежегодно будет терять зерновой урожай
на миллиарды долларов, периоды сильной жары
и лесные пожары участятся почти вдвое, коралловые
рифы и некоторые виды животных полностью исчезнут,
а число дней в году с температурой выше
35 градусов увеличится на целую неделю.
В таком
контексте скорость реакции мировых правительств
критически важна. И исход выборов в США станет
ясным сигналом: надеяться ли нам
на оптимистичный сценарий или же готовиться
к миру без коралловых рифов.
ヾ(｡^ω^｡)ノ
ДРУЗЬЯ KIT ヾ(｡^ω^｡)ノ
В честь
своего десятилетия «Медуза» выпустила первый собственный
мерч. Это черные худи и футболки с надписью
Meduza, стилизованной под логотип метал-группы,
и особенным посланием на ярлыке. Сделаны худи
и футболки из плотного стопроцентного хлопка.
У них свободный фасон, который подойдет человеку
любого гендера. Первый тираж совсем небольшой, поэтому
поспешите с заказом! Купить мерч можно в «Магазе»
издания (но только если
вы не в России). А все
подробности — и, конечно, красивую съемку
мерча — вы найдете здесь.
