
Тысячи людей, осмелившихся на прошлой неделе прийти на похороны Алексея Навального в Москве, рисковали многим, включая – и это немаловажно – своей буквальной, физической свободой. Каков был смысл этого риска? Этим жестом они заявили, что видят ложь, в которой российское государство заставляет жить своих граждан. Государтво даже не требует, чтобы люди верили в эту ложь. Оно требует, чтобы они отрицали что ложь – это ложь и притворялись, что она является правдой. Заставить людей жить так – а религия и большинство социальных институтов, включая семьи, тоже так делают или делали в прошлом – значит губить душу в обмен на социальное одобрение и безопасность. Но какой в этом смысл, если мы получаем всё, чего хотим ценой нашего истинного «я»?
Скорбящие стали свидетельством – и это храбрый поступок в таком пропитанным ложью обществе – что только «истина освобождает» (Ин 8:31).
Истина подавляется, как только мы начинаем принимать ее за ответ, объяснение или догму. На греческом языке «истина» называется «alethia», а это слово буквально означает «не быть скрытым» или «не сокрытость». Интересно, что истина не определяется прямо, а выражается в таком негативном (апофатическом) ключе. Но истину невозможно четко установить, по крайней мере не на долго. Мы переживаем истину когда мы видим и чувствуем постоянное очищение от лжи и иллюзий. Мы могли бы сказать, что истина раскрывается как чистая сущность вещей – или людей – то есть как их подлинность и реальное присутствие.
Вот почему мы ощущаем истину в существе человека, а не только в том, что он говорит. Однако, наиболее полно мы видим истину в том, что этот человек делает. Богослов Дитрих Бонхёффер боролся с нацистской ложью, пока он не присоединился к сопротивлению Гитлеру, за что поплатился жизнью. Этот путь помог ему понять то, чему мы учимся на ежедневном опыте: истина это всегда правильный поступок. Истина раскрывается не в словах, а в действиях.
Когда мы поступаем правильно, мы поднимаемся над страхами и желаниями изолированного и эгоцентричного эго-сознания. Мы делаем это, когда медитируем, когда не предаемся грезам нашего эго:
«Разорви ремень, плеть и цепь с уздой. Открой двери сна и проснись.» (Дхаммапада 26)
Вот так истина освобождает нас и показывает, что свобода также не соответствует нашим обыденным представлениям о ней. Свобода – это отношения между двумя людьми, в которых мы свободны друг для друга. Бонхёффер сказал: «Только в отношениях с другим я свободен». Вот почему медитация объединяет людей и почему скорбящие в Москве в прошлую пятницу были знаком новой России, которая ожидает освобождения.
Навальный, как и Бонхеффер, проявил исключительную беспристрастность, когда он принес себя в жертву. Беспристрастность – то есть дисциплина – необходима, для познания истины, которая сделает нас свободными. В основе этой тайны бытия лежит состояние нецепления и даже недеяния. Опять же, Дхаммапада прекрасно описывает это:
Как горчичное зерно на острие иглы,
Как капля воды на листе цветка лотоса,
Мы не цепляемся.