Тема: Невидимый наставник.

[Юрий Самоилов]

Невидимый наставник.

С творчеством Клайва Льюиса я впервые познакомился в его «Космической
трилогии», и оно произвело на меня неизгладимое впечатление. Льюис
изображал сверхъестественное настолько правдоподобно, что я исподволь
задавал себе вопрос: «А может, все это было на самом деле?»
В конце 1960-х, всего лишь через три года после смерти писателя в 1963
году, я как раз учился в колледже. Я вел с его книгами ожесточенную
полемику, как с живыми оппонентами, и в то же время чувствовал, как
меня, упирающегося, брыкающегося и орущего, непреодолимо тянет в Божье
Царство, — в точности так, как это было с самим Льюисом. С тех пор он
стал для меня кем-то вроде невидимого наставника, который всегда
находится рядом, побуждая меня совершенствовать свой литературный стиль,
образ мышления и видение.
Будучи моим невидимым наставником, Льюис научил меня стилистическому
подходу, который я пытаюсь применять и в своих книгах. Выражаясь словами
Уильяма Джеймса: «В сфере сверхъестественного и религии четко
сформулированные доводы убеждают нас только в том случае, когда наше
бессвязное восприятие реальности уже подверглось влиянию в пользу того
же заключения». Иначе говоря, мы редко принимаем какой-либо логический
аргумент, если он не вписывается в подсознательное ощущение реальности.
Задача писателя — простимулировать это подсознательное ощущение, как это
в случае со мной сделал Льюис с помощью своей «Космической трилогии» еще
до того, как я столкнулся с его апологетикой.
Благодаря своему атеистическому, полному сомнений прошлому, Льюис на всю
жизнь сохранил чуткость и сочувствие к тем читателям, которые не
принимали его слов. Он смело состязался с Богом в перетягивании каната
лишь для того, чтобы обнаружить, что Бог на другом конце каната
совершенно не такой, каким он Его себе представлял. Подобным же образом
и мне пришлось бороться с образом Бога, ужасно искаженным злой,
законнической церковью. Я сражался с воображаемым космическим громилой
лишь для того, чтобы обнаружить Бога благодати и милости.
Сомневаюсь, что Льюис предвидел бешеный успех своих книг, и что по
мотивам его произведений будут снимать фильмы и создавать товарные
бренды. Если бы ему сообщили об этом при жизни, то он, наверное,
испуганно отпрянул бы. Как он часто говорил: «Мы, писатели, — не
существительные, а всего лишь прилагательные, указывающие на великое
Существительное истины». Льюис так и поступал — искренне и мастерски, —
и, благодаря этому, многие тысячи смогли познать и возлюбить это
Существительное. Включая и меня.
Авторская колонка в журнале «Христианство сегодня»,
июль 2008 года