20 Август
2012
Владимир
Дубинский
Книга "Советская программа биологического оружия: история"
Вопреки взятым на себя международным
обязательствам, Советский Союз активно разрабатывал биологическое оружие, и
советское руководство рассматривало возможность его использования в случае войны
с США.
Об этом говорится в опубликованной
недавно издательством Гарвардского университета книге "Советская программа
биологического оружия: история". Ее авторы, американские специалисты Милтон
Лейтенберг и Рэймонд Зилинскас утверждают, что на протяжении десятилетий СССР
тщательно скрывал существование этой программы, а вся правда о ней неизвестна до
сих пор.
В 1969 году Соединенные Штаты в одностороннем порядке отказались
от создания биологического оружия и через два года уничтожили существовавшие
тогда арсеналы. Еще через год 22 государства, включая СССР, подписали Конвенцию
о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического и
токсинного оружия и об их уничтожении (КБТО). В марте 1975 года конвенция
вступила в силу. По мнению авторов книги, Советский Союз не только не свернул
программу биологического оружия, а наоборот, ее расширил. С этой целью было
создано научно-производственное объединение "Биопрепарат", которое, помимо
обычного производства медицинских лекарств и вакцин, вело разработки
биологического оружия. О масштабах этой программы говорит один из авторов книги,
профессор Мэрилендского университета Милтон
Лейтенберг:
– Это была масштабная программа, которая продолжила
набирать обороты после решения ЦК КПСС в начале 70-х годов. Речь шла не только
об объединении "Биопрепарат". Лаборатории по разработке биологического оружия и
предприятия по его производству находились под контролем министерства обороны,
министерства сельского хозяйства, исследовательские лаборатории – под контролем
министерства здравоохранения СССР. Более того, над биологическим оружием работал
также подотчетный Совету министров "Главмикробиопром", в который входили кроме
"Биопрепарата" около 40 научных институтов и производств. В них были заняты
десятки тысяч ученых и специалистов. К концу семидесятых годов эта программа по
масштабам примерно в десять раз превосходила американскую на пике ее развития в
1969 году.
– Неужели западная разведка могла не знать о такой
масштабной программе?
– Об этом узнали не сразу. С 1945 года
американские и британские разведчики периодически докладывали, что у Советского
Союза есть технические и научные возможности производить биологическое оружие.
Так продолжалось до 1982 года. Американские разведывательные спутники могли
наблюдать советские объекты, на которых, как предполагалось, оружие
производилось, но точных данных не было. Позднее, когда стали известны
подробности о "Биопрепарате", выяснилось, что все эти предположения
соответствовали действительности, и что Советский Союз разрабатывал
наступательное, подчеркиваю, наступательное биологическое
оружие.
– Эти подробности стали известны в 1989 году после побега
на Запад советского ученого и сотрудника научного объединения "Биопрепарат"
Владимира Пасечника. Как отреагировали на это западные страны?
–
15 мая 1990 года британский и американский послы в СССР передали демарш в
министерство иностранных дел. Этот документ незамедлительно оказался на столе у
заместителя председателя Совета обороны СССР Льва Зайкова, который направил его
президенту Михаилу Горбачеву. На протяжении последующих полутора лет на
многочисленных встречах Горбачева и министра иностранных дел Эдуарда Шеварднадзе
с президентом США Джорджем Бушем, премьер-министром Великобритании Маргарет
Тэтчер, западные страны требовали, чтобы Горбачев положил конец программе
биологического оружия.
– И каким был ответ Советского
Союза?
– Судя по тому, что нам известно об этих встречах из
воспоминаний посла США в СССР Джека Мэтлока и других высокопоставленных
помощников президента Буша, ответы Шеварднадзе и Горбачева были
уклончивыми.
– После распада Советского Союза Борис Ельцин,
наконец-то, подтвердил существование советской программы биологического оружия.
Что происходило после этого?
– Он подтвердил это и публично, и в
частных беседах с западными лидерами. Более того, он распорядился приостановить
разработки биологического оружия и пообещал президенту США уволить с работы трех
или четырех генералов, которые отвечали за эту программу. Ничего подобного
Ельцин не сделал. Вскоре он начал жаловаться американцам и британцам, что
руководители на местах саботируют его попытки положить конец программе
биологического оружия, и что ему очень мало о ней известно. В середине 1992 года
еще два перебежчика из России передали западным разведкам дополнительную
информацию о биологическом оружии. Это привело к трехсторонним переговорам с
участием России, США и Великобритании в сентябре 1992 года, по итогам которых
был подписан документ. В нем Россия признавала, что у нее есть биологическое
оружие, и давала согласие начать переговоры о том, чтобы открыть соответствующие
объекты министерства обороны для американских и британских
инспекторов.
По словам профессора Милтона Лейтенберга, соавтора книги
"Советская программа биологического оружия", наиболее вероятно, что Россия
сейчас не имеет запасов наступательного биологического оружия и систем его
доставки. Тем не менее, три биологические лаборатории российского министерства
обороны по-прежнему закрыты для независимых инспекций, и какие там ведутся
разработки, неизвестно.
Этот
и другие материалы читайте на странице информационной программы "Время
Свободы".
29.09.2004
Я продолжаю знакомить вас с книгами, которые привёз из Москвы, с Московской международной книжной ярмарки. Сегодня речь пойдёт о книге Кена Алибека и Стивена Хендельмана «Осторожно! Биологическое оружие!», которая вышла на русском языке в издательстве «Городец». Мы уже рассказывали о первом издании этой нашумевшей книги в одной из передач «Читального зала» пять лет назад. Но тогда располагали только английским и немецким переводами: оригинала не было. Теперь есть возможность точно цитировать и обращаться к деталям. Кен Алибек – это американизированный вариант имени автора, «главного» автора книги, которую он написал с корреспондентом американского еженедельника «Тайм». На самом деле его зовут Канатжан Алибеков, он родился в Казастане и с конца семидесятых годов занимался разработкой бактериологического оружия. Позже стал одним из руководителей программы создания советского биологического оружия. Полковник, отмеченный многими наградами, Кен Алибек (будем называть его так) с 1988 по 1992 годы занимал пост первого заместителя начальника «Биопрепарата» – государственного фармацевтического комплекса, разрабатывавшего и производившего оружие, изготовленное на основе самых опасных и сильнодействующих вирусов, токсинов и бактерий. Это была целая империя, в которую входили исследовательские и производственные учреждения, находившиеся более, чем в сорока городах на территории СССР.
И это ещё не всё. Разработками, испытаниями и производством боевых патогенов занимались также отдельные структурные подразделения Министерства обороны, сельского хозяйства, здравоохранения и, конечно же КГБ. Занимались тайно, потому что Советский Союз был в числе стран, присоединившихся к Международной конвенции о запрещении разработки, производства и накопления запасов биологического и токсинного оружия. К книге приложена карта расположения научно–исследовательских учреждений и заводов, задействованных в этой программе. Самые крупные работали под руководством так называемого 15–го управления Министерства обороны СССР.
В ведении 15–го управления, которое даже после создания «Биопрепарата» продолжало контролировать запасы биологического оружия и основные мощности для его производства, находились, в частности, следующие объекты.
Институт микробиологии в Кирове. Он разрабатывал боевые штаммы тифа, лихорадки Ку, туляремии, бруцеллёза, сапа, сибирской язвы. Здесь также производилось и хранилось биологическое оружие с «чумными» боеголовками.
Железнодорожная станция Зима неподалёку от Иркутска. Тут хранилось оружие на основе сибирской язвы.
Институт военно–технических проблем в Екатеринбурге (Свердловске). Здесь, кроме сибирской язвы, туляремией, сапа, занимались также исследованиями и производством токсического оружия.
Остров Возрождения в Аральском море. Испытательный полигон для биологического оружия. Командный пункт и центр управления располагались вблизи Аральска.
Главное управление «Биопрепарат» при Совете Министров СССР создали в 1973 году. Его целью было, как подчёркивает в своей книге Кен Алибек, обеспечить гражданское прикрытие для военных исследований по бактериологическому оружию. Многие из его предприятий занимались именно разработкой и производством биологического оружия.
Так, в городе Бердске, недалеко от Новосибирска, вплоть до начала восьмидесятых годов в сибирском отделении Института прикладной биохимии разрабатывали методы наполнения и сборки бактериологического оружия, а находившийся здесь завод получил статус мобилизационного предприятия для производства чумы, сапа и бруцеллёза. Производительность – до ста тонн каждого вида смертоносных штаммов ежегодно.
Одним из крупнейших, базовых предприятий советской программы биологического оружия являлся Институт молекулярной биологии под названием «Вектор» в городе Кольцово Новосибирской области. Здесь исследовали и разрабатывали бактериологическое оружие на основе оспы, лихорадок Эбола и Марбург, боливийской геморрагической лихорадки. Сотрудники «Вектора» занимались также изучением пригодности для военного использования самых различных вирусов – включая вирус иммунодефицита, вызывающий СПИД.
Предприятию «Вектор» в книге Кена Алибека посвящена отдельная глава. Алибек впервые появился на «Векторе» уже во время перестройки. Несмотря на серьёзнейшие экономические проблемы в Советском Союзе и декларируемую внешнеполитическую миролюбивость горбачёвского «нового мышления», на разработки биологического оружия была выделена сумма, эквивалентная одному миллиарду долларов. Пятилетний план предполагал строительство завода по выращиванию вирусов в Йошкар–Оле и ещё одного военного предприятия – в Стрижах, недалеко от Кирова. Предусматривалось также финансирование строительства гигантского реактора для выращивания вирусов оспы в научно–исследовательском центре «Вектор». В 1987–м году «Вектор» располагал уже десятками новых лабораторий и производственных помещений, но предстояло ещё оборудовать экспериментальные объекты для работы с оспой, лихорадками Марбург, Ласса и Мачупо. Были сконструированы огромные сооружения – так называемые «корпус шесть» и «корпус шесть–А» с камерами для испытания взрывчатых веществ. Ведь биологическое оружие – это не обычное оружие. Пробирки со смертоносными культурами не могут служить боевым вооружением до тех пор, пока не удастся сделать поведение бактерий стабильным и предсказуемым. Технология производства микроорганизмов и способы их доставки, – вот что делает штаммы биологическими боеприпасами.
Кен Алибек подробно рассказывает в своей книге о гибели одного из сотрудников «Вектора», который проводил серию экспериментов с подопытными животными и случайно уколол себя в палец. Вирус лихорадки Марбург был одним из самых страшных, с которыми имели дело разработчики советского бактериологического оружия. Шансов выжить сотрудник «Вектора» (его фамилия –Устинов) практически не имел. Когда он умер, его тело, остававшееся источником заражения, обработали специальным дезинфицирующим раствором, положили в пластиковый мешок, затем в металлический контейнер, который тщательно заварили и только потом, положив в обычный деревянный гроб, предали земле. Но предварительно взяли образцы вируса Марбург, мутировавшие в организме Устинова. Они оказались более устойчивыми, чем экспериментальный штамм, с которым работал Устинов. И именно их взяли за основу боевой рецептуры, которая получила название «вариант У». У – в честь Устинова.
Но самая страшная трагедия, связанная с разработками бактериологического оружия в Советском Союзе – массовая трагедия! – произошла в 1979 году в Свердловске. Здесь находился завод по производству сибирской язвы в сухой форме, носивший условное название «Городок 19». Работа на заводе шла в три смены и была опасной. Культуры бактерий сибирской язвы отделялись от жидкой основы и высушивались для приготовления порошка, который должен был использоваться в качестве боевого наполнителя в аэрозольной форме. В производственных помещениях в воздухе всегда присутствовало некоторое количество спор сибирской язвы. Поэтому все рабочие и технический персонал регулярно проходили вакцинацию. Кроме того, в цехах на вытяжке стояли огромные фильтры, не позволявшие смертоносным бактериям попадать наружу.
В конце каждой смены сушильные агрегаты выключались для технической проверки. Засорившиеся фильтры сменяли. В последнюю пятницу марта 1979 года один из сотрудников снял фильтр, но затем наступила пересменка, и техник оставил записку сменщику: мол, старый фильтр я снял, а новый поставь ты. Но соответствующую запись в рабочем журнале не сделали. В общем, ночная смена спокойно запустила оборудование, и споры сибирской язвы вырвались через вентиляционные трубы наружу. Отсутствие фильтра обнаружили только через несколько часов.
Уже в самом начале апреля, спустя всего несколько дней, стали заболевать рабочие завода по производству керамических изделий, который находился через дорогу от военного предприятия. Спустя неделю все они умерли. Затем в больницы Свердловска стали поступать заболевшие из других районов города. Позже, уже в ельцинские времена, было обнародовано число жертв: около ста человек заболели, 66 из них умерли. Однако Кен Алибек приводит другие данные: один из его коллег, работавший тогда в «Городке 19», утверждает, что погибло более ста человек. «Боюсь, что правды мы никогда не узнаем», – мрачно констатирует автор книги «Осторожно! Биологическое оружие». Правду эту долгие годы очень тщательно скрывали. Вспышку эпидемии замолчать, конечно, было нельзя, но официально свердловчанам и жителям области объявили, что причиной заражения было употребление в пищу инфицированного мяса, продававшегося на рынке. Таким же был и ответ «западным клеветникам», утверждавшим, что авария в Свердловске является явным доказательством нарушения Советским Союзом Конвенции о запрещении разработки, производства и накопления запасов биологического и токсинного оружия. В то время, как сотрудники КГБ под видом медицинских работников ходили по адресам, где были зарегистрированы случаи заболевания сибирской язвой, и выдавали фальшивые свидетельства о смерти, ТАСС опубликовал заявление, в котором говорилось – цитирую – «о вспышке сибирской язвы среди популяции домашних животных, возникшей по естественным причинам», и о том, что все пострадавшие, пройдя курс лечения, живы и чувствуют себя абсолютно нормально.
После аварии в Свердловске и шумного международного скандала перед руководством советского военно–промышленного комплекса встал вопрос: что делать с заводом? Продолжать работу с сибирской язвой там было уже невозможно – даже несмотря на то, что Свердловск по–прежнему оставался закрытым для иностранцев городом. В 1981 году в соответствии с секретным распоряжением Брежнева свердловский «Городок 19» был фактически полностью перебазирован в Степногорск, в северный район Казахстана. Майора Алибекова назначили директором Степногорской научно–производственной базы (так она официально называлась). Этот мобилизационный объект был рассчитан на производство трёхсот тонн биологического оружия ежегодно – в первую очередь, боевых штаммов сибирской язвы. Но здесь разрабатывали также оружие на основе чумы, сапа, туляремии и лихорадки Марбург.
Самым «перспективным», выражаясь циничным языком ВПК, в Степногорске считали штамм сибирской язвы под кодовым названием «Антракс 836». Его можно было без особых проблем производить в больших количествах, он обладал высокой вирулентностью (то есть поражающей силой, болезнетворностью), и, наконец, был пригоден для долговременного хранения и транспортировки. Несколько десятков военных специалистов, переехавших в Степногорск из Свердловска, и новейшее дорогостоящее оборудование позволили к концу восьмидесятых годов создать эффективное (простите за такое слово) оружие на основе сибирской язвы. Достаточно было всего лишь пяти килограммов порошкообразных или жидких смесей «Антракса 836» для того, чтобы заразить половину населения, проживающего на территории площадью более одного квадратного километра. Для подавляющего большинства заболевших смертельный исход был в таком случае предрешён. Смертоносную силу нового бактериологического оружия подтвердила серия испытаний, проведённая на острове Возрождения в Аральском море. Так как параллельно велись и разработки ракет–носителей, то очень скоро 15–ое управления Министерства обороны и «Биопрепарат» могли рапортовать Политбюро: в Советском Союзе есть биологическое оружие, которого нет ни в одной стране Запада. Ракеты с боеголовками, начинёнными патогенами, способны наносить удары по целям, находящимся за тысячи километров.
К счастью, действие этого оружия так никогда и не было проверено на практике. Ведь создать боевые штаммы гораздо легче, чем найти защиту от них. Кен Алибек подчёркивает в своей книге, что сегодня можно создать (по крайней мере, теоретически) оружие на основе семидесяти различных вирусов, бактерий, риккетсий и грибков. А лечить мы умеем не более 20–30 процентов вызываемых ими болезней. К тому же вирусы и токсины способны изменяться генетически, что повышает их болезнетворность и делает устойчивыми к существующим в настоящее время вакцинам. Не дай Бог, террористам удастся заполучить в свои руки бактериологическое оружие! Даже небольшое количество вируса лихорадки Марбург или Эбола, распылённое в метро Нью–Йорка или Москвы, может привести к сотням тысяч жертв. Вакцин против них не существует – как и вакцин против бруцеллёза, сапа, многих вирусных заболеваний. Поэтому, – подчёркивает в своей книге Кен Алибек, – так важны контроль и ограничение разработок в этой области, необходимость сделать «прозрачной» деятельность лабораторий, которые занимаются исследованиями фактически двойного назначения – гражданского и военного. И вот для этого Канатжан Алибеков, который называет себя теперь Кен Алибек, и написал свою книгу: ведь большинство россиян до сих пор не знает правды о том, что делал от их имени и на их деньги Военно–промышленный комплекс, насколько опасными были заводы, расположенные на соседней улице, и полигоны за заборами дачных участков.
10 самых сокровенных тайн СССР
12 мая 2016 пределах Советского Союза происходило множество событий, существование которых тщательно скрывалось. Известно, что и на сегодняшний день ФСБ скрывают тайны СССР. Любопытство людей не угасает, поэтому всё больше журналов составляют списки самых таинственных событий. Особенно ценной информацией считаются воспоминания бывших разведчиков.
Любопытство к данной теме распространилось и на Запад – американский журнал «Foreign Policy» опубликовал свой рейтинг загадочных событий Советского Союза. Места в нашем рейтинге весьма условны, так как все события окутаны тайной, а присудить одной из них определенную весомость и степень скрытности, невозможно. До сих пор общественности неизвестны их причины появления и особенности внутри каждой. Представляем Топ-10 самых сокровенных тайн СССР.
Американский спутник-шпион в 1966 году зафиксировал в Каспийском море российский гидроплан. Американское правительство было озадачено, так как российское судно было гораздо больше, чем обычная воздушная техника США. Изучая строение судна, американские эксперты сделали вывод, размеры крыла слишком велики для того, чтобы позволить самолёту взлететь. Название «Морской Монстр» судно получило из-за своего необычного строения: двигатели самолёта были расположены ближе к носу, чем к крыльям. Каспийский монстр был похож на смесь корабля и самолёта. По предположениям, судно взлетало на несколько метров от воды. В СССР запрещалось даже произносить название таинственного судна. Было лишь известно то, что в строение гидроплана вкладывались огромные суммы денег. Военные силы возлагали большие надежды на новую разработку – судно могло транспортировать сотни военнослужащих, а также развивать скорость в 500 км в час. Самым главным преимуществом Морского Монстра было в том, что при всех своих размерах он оставался невидимым для радаров. На самом деле, гидроплан – не совсем подходящее название для данного судна. Позже, Морской Монстр получил другое наименование – экраноплан. В результате распада СССР любопытство американских властей к новой российской разработке погасло.
Судьба золотовалютных фондов СССР взбудоражила общественность 90-х. Тема исчезновения золотых запасов партии была одной из самых обсуждаемых. Однако никто так и не узнал правды. В поисках фондов партии принимали участие даже политические деятели. Многие политики, которые, так или иначе, имели отношение к «большим деньгам» партии, регулярно вызывались на допросы. Конкретной информации добиться не получалось, так как практически все заявляли, что «Золото партии» – не более чем миф. Подозрения о внушительных ревизионных фондах возникли после распада СССР. Одна из самых популярных версий – золотые запасы партий хранятся на иностранных счетах. По слухам, размер фонда исчисляется миллиардами долларов. Однако на сегодняшний день существование данных фондов не доказано.
Тема портативных ядерных устройств активно обсуждалась в 1997-1998 гг. О «ядерном чемоданчике» стало известно после заявления губернатора Красноярского края, Александра Лебедя. Он лично заявил о пропаже нескольких портативных ракет. Попав в руки террористов, данное оружие представляло мировую опасность. События в России первой половины 90-х годов ослабили экономическое и политическое положение в стране, в результате чего доступ к ядерному оружию был открыт большей части населения. По словам Алексея Арбатова, существование ядерного чемодана неоднозначно. До 1997 года тема портативных орудий не обсуждалась. По мнению экспертов, данная информация относится к очень короткому периоду времени. Из-за недостаточного количества сведений её нельзя считать надёжной и использовать, как проверенный источник для дальнейших действий. Первые упоминания о портативном оружии, возникли в 1997 году. По всем предположениям, ядерные боеголовки были замечены у правительства Чечни. Была создана специальная комиссия, которой удалось найти 48 боеголовок из 132. Таким образом, судьба 84 портативных устройств остаётся неизвестной. Военные эксперты предполагали, что портативные ядерные устройства были небольшого размера, обладали маленькой мощностью, а в мирное время хранились в разобранном виде.
Так называемый «Октябрьский кризис» произошел в 1962 году в результате противостояния между США и СССР. Суть конфликта состояла в тайном перемещении военных российских баз на территорию Кубы. В 1961 году американские власти приняли решение о размещении в Турции ракеты средней дальности – «Юпитер». По расчётам специалистов, в случае военных действий ракеты могли достигнуть столицы Советского Союза, а также важных промышленным центров. В качестве готовности к данным событиям власти СССР приняли решение разместить свои военные части на Кубе. Это позволяло силам СССР быть готовыми к возможным атакам. Американская сторона была обеспокоена размещением советских ракет вблизи побережья США. Президент Джон Кеннеди организовал собрание советников для решения урегулирования Карибского конфликта. Дипломатические методы решения были сразу же исключены. Приветствовались исключительно военные действия. Советники пришли к общему решению: военно-морская блокада либо ультиматум. Карибский кризис сыграл роль переломного момента в ходе «холодной войны». Однако многие всё ещё задаются вопросом: «Почему советские военные части были размещены на Кубе?». Секретность данного дела состоит в том, что никому так и не удалось увидеть правдоподобные протоколы и официальные документы, датированные 1962 годом. Возможно, чтобы остаться лидером положения, иногда нужно проявить смекалку и хитрость.
Взрыв на атомной станции Чернобыля произошёл 26 апреля 1986 года. Однако Михаил Горбачёв сообщил о трагедии лишь спустя две недели. В выпуске газеты «Правда» от 27 апреля написано о субботнике, который был организован в честь дня рождения Ленина. В отличие от советских СМИ, шведские газеты опубликовали новость о ЧАЭС уже 28 апреля. Что скрывали советские власти? Почему гораздо важней оказался субботник, нежели трагедия на Чернобыле? По некоторым версиям считается, что у властей не было в арсенале специальных устройств, которые бы могли измерить мощность атомного удара. Советские власти оказались не подготовленными к такой трагедии, а тем более к тому, чтобы признать этот провал. Новости о субботнике публиковались ещё несколько дней. Далее новостные колонки были посвящены празднованию Первомая. И только 4 мая с небольшим заголовком в газетах «Правда» и «Труд» появились маленькие заметки о произошедшем на Чернобыле. Несмотря на то, что данное событие – настоящая трагедия, опубликовали её, как «Посещение района Чернобыльской атомной станции». Стоит отметить, что советские власти активно препятствовали вмешательству других стран. 5 мая руководство СССР выразило благодарность странам, которые желали помочь, однако подчёркивали, что в силах справиться сами. В чём же причина молчания Горбачёва? Почему общественность узнала о трагедии лишь спустя две недели, когда иностранные газеты уже на следующий день рассказали о случившимся? Ответы на эти вопросы до сих пор остаются неизведанными.
Разработка биологического оружия была строго запрещена. Однако было известно, что советские власти тайно готовились к наступающей биологической войне. Разработкой биологического оружия занималось КГБ. Согласно Женевскому Протоколу от 1925 года, стороны не имели право создавать подобное оружие. Однако вопреки этому, советские власти начали работу уже в 1926 году. Вспышка любой инфекции, либо эпидемии тут же оказывалась под покровом государственной тайны. Информация о биологическом оружии была доступна четырём лицам – М. Горбачёву, Д. Ятзову, В.Крючкову и Л. Зайкову. Остальным политическим деятелям было приказано не беспокоиться. Общество возлагало надежды на свидетелей операции «Флейта», однако в ответ – молчание. По предположениям, люди, у которых был доступ к секретной информации, не имели права разглашать её. Всё объясняется неким подписанным документом, в котором указано, что в случае утечки информации, виновный понесёт наказание. Полную и достоверную информацию советскому народу узнать было не суждено. Службы КГБ тщательно отчистили архив и скрыли все документы, которые могли бы дать какую-либо информацию о разработке биологического оружия.
Юрий Андропов – один из самых таинственных и загадочных политиков советской власти. До сих пор неизвестно, как ему удалось унаследовать место Генерального Секретаря ЦК КПСС. В 1981 году государственным органам КГБ и ГРУ было приказано тщательно отслеживать все военные действия США. Была организована операция, в ходе которой проводилась разведка о военных учениях и оружии американской стороны. Каждая деталь фиксировалась спецслужбами. Информации о данной разведке ничтожно мало. Возникает вопрос – не боялись ли советские власти будущей войны? Возможно, государственная власть желала быть подготовленной к непредвиденным обстоятельствам.
Тайный военный комплекс был обнаружен на территории Южного Урала. Существование уральского бункера датируется временами Холодной войны. По предположениям, бункер играет роль некого укрытия в случае ядерной войны. Также, подземный комплекс служит базой для разработки оружия. Любопытные туристы рассказывают, что вблизи бункера запрещается разжигать огонь, шуметь и вообще, не рекомендуется привлекать к себе внимание. Закрытая база находится под охраной. Там постоянно дежурят вооружённые военные и егеря. Любой непонравившийся им прохожий тут же подвергается допросам. На самом же деле, уральский бункер представляет собой подземный город. Он оснащён всеми коммуникациями. Город в горе рассчитан на проживание в нём 300 тысяч человек. В последнее время нынешний президент Владимир Путин всё чаще посещает тайный комплекс на Урале. На вопрос о том, для чего была построена база, президент точно не ответил. Известно лишь то, что строительство продолжается со времён Холодной войны, а причины держаться в строгой тайне.
Американские спецслужбы уже на протяжении долгого времени пытаются подсчитать, сколько советские власти тратили на оборону СССР. Служба ЦРУ уверенна, что расходы на оборонительную мощь составляли не менее 20% экономики СССР. Точные цифры неизвестны, однако то, что военная подготовка СССР была на высшем уровне, остаётся фактом.
Данная тема будоражила интерес американских журналистов на протяжении долгих лет. Эффективность советской разведки изучалась спецслужбами США, но всё безрезультатно. Точных данных о количестве израсходованного и потребляемого сырья обнаружить так и не удалось. Американская сторона лишь предположила, что из-за нехватки информации, разведка СССР использовала материалы из новостных газет. А пока информация о деятельности разведки СССР находится под запретом. Любопытным американским журналистам так и не удалось узнать секрет советских разведочных спецслужб. Ранее уже говорилось, да и было известно, что иностранные журналисты ищут подвох в фактах, чтобы выставить Россию не в лучшем свете. Советские власти старались тщательно скрывать от общественности некоторые события. Их количество можно только предполагать, ведь выше описана лишь часть тайн, которые доступны в качестве информации практически каждому гражданину.
В нашем Топ-10 самых сокровенных тайн СССР были представлены и те моменты, о которых удалось узнать спустя долгое время. Одним из главных правил советских властей было: если приказали не выносить сор из избы – значит, так тому и быть.
Генетическая бомба. Тайные сценарии наукоемкого биотерроризма
Ю. А. Бобылов 3.875 4 читателя
Экономическое развитие на планете вплотную
подошло к исчерпанию природных ресурсов. Впереди скорые мировые войны за ресурсы
развития и, более того, за выживание наиболее сильных государств мира. Однако
это лишь часть больших геополитических угроз. В последние несколько лет возник
новый емкий военный термин - "генетическая бомба", дающий специфическую
характеристику нового поколения биологического оружия. По определению к. м. н.,
генерал-лейтенанта медицинской службы (в отставке), одного из руководителей ОАО
"Биопрепарат", В.И.Евстигнеева: "Генетическое оружие - это разновидность
биологического оружия, поражающее действие которого основано на использовании
свойств генетически модифицированных микроорганизмов или специально
сконструированных молекул нуклеиновой кислоты". В настоящей работе
рассматривается крайне пессимистический сценарий разворачивающейся тайной
мировой биологической войны, в итоге которой, по мнению автора, население Земли
может сократиться к 2025 году до 1,0-1,5 млрд чел. Создавшаяся в фундаментальной
и прикладной биологической науке ситуация с расшифровкой генома человека и
других видов животного и растительного мира в чем-то напоминает эпоху тайного
создания атомного оружия в 40-е годы прошлого века. Все это обусловливает новые
необычные военные, геополитические и террористические угрозы человечеству, в том
числе его белой расе, к которой принадлежит 90% населения России. Большое место
в работе отводится военным и геополитическим вопросам выживания России в
современном мире. Многие вопросы требуют лучшего понимания "защитной" роли
секретных управленческих технологий в нашем мире и, соответственно, роли внешней
научно-технической разведки. Ю.A.Бобылов, кандидат экономических наук, смотрит
на создавшуюся в мире ситуацию с учетом опыта длительной работы в секретных
оборонных НИИ и КБ бывшего СССР. Примечательно рассмотрение такой дискуссионной
тематики с учетом новых социокультурных и богословских тенденций в развитии
нашей цивилизации. Нарастающее мировое зло можно трактовать как "дьяволизацию"
современного образа жизни. Работа ориентирована на круг "подготовленных"
читателей, особенно работающих в сфере НИОКР, а также политиков и специалистов
по обеспечению национальной безопасности России и перехода нашей страны на
"мобилизационное развитие".
Подробнее на
livelib.ru:
https://www.livelib.ru/selection/13502-spisok-literatury-ot-andreya-fursova/~17
https://ru.boell.org/sites/default/files/atom_myths.pdf (Фонд Г.Белля о атомной энергетике и её мифах)