Лесная мафия в Адыгее: стать лесопатологом за 48 часов!
1 view
Skip to first unread message
ENWL
Feb 17, 2019, 4:59:46 PM2/17/19
to "ENWL-uni"
Занимаясь расследованием незаконных рубок в
Цицинском участковом
лесничестве, я еще осенью прошлого года обратил внимание на одну из
ключевых фигур в схеме нелегальной заготовки древесины в границах
республиканских памятников природы «Массив самшита колхидского» и «Верховья
рек Пшеха и Пшехашха» – лесопатолога Бояршинова Юрия Владимировича. Его
фамилия и подпись мелькают на многих актах лесопатологического обследования
лесных участков, включая и памятники природы, где впоследствии под видом
санитарных произошли варварские рубки живых деревьев ценных пород. Конечно,
не только он один назначал деревья в рубку, но его акты отличались большим
количеством недочетов и ошибок, в т.ч. принципиальных. Когда, например, в
рубку отводились усыхающие деревья, а не уже погибшие, как того требует
режим памятников природы и лесохозяйственный регламент лесничества. И если
по другим лесопатологам, приложившим руку к истреблению кавказских лесов,
можно было определить, где те работают (филиалы Рослесозащиты в Республике
Адыгея и в Тверской области), то в отношении Юрия Бояршинова пришлось
погуглить в интернете.
Оказалось, что этот персонаж живет в Лабинске и работает кадастровым
инженером со статусом индивидуального предпринимателя. Каким боком он влез
в систему лесного хозяйства и кто ему в этом помог, я пока не знаю, но с
2017 года ИП Бояршинов Ю.В. стал регулярно делать по всему лесному фонду
Адыгеи лесопатологические обследования. Причем не в рамках государственного
мониторинга, а по заказам лесозаготовителей – арендаторов типа Александра
Божко, директора АО «Цица». Понятно, что кто платит, тот девушку и танцует.
В задачи Бояршинова входило лишь грамотно оформлять акты
лесопатологического обследования, обосновывая тем самым необходимость
проведения выборочных санитарных рубок там, где просто так рубить нельзя.
Чем он с успехом для собственного кармана и занимался. Только в Цицинском
участковом лесничестве им за 2 года были проведены лесопатологические
обследования в 52-х выделах 11-ти кварталов на общей площади 802,3 га, в
т.ч. в 30-ти выделах 6-ти кварталов особо охраняемых природных территорий
на площади почти 500 га. И это только в одном лесничестве из девяти!
Когда я запросил Управление лесами Республики Адыгея, на каком основании
кадастровый инженер занимается лесопатологическими обследованиями,
требующими специальных знаний, оттуда мне ответили, что всё в порядке. Мол,
в начале 2017 года Бояршинов прошел подготовку на лесопатолога во
Всероссийском институте повышения квалификации работников лесного хозяйства
в г. Пушкино Московской области. Меня этот факт, честно говоря, сильно
удивил. Ведь, рассуждая логически, повысить можно только то, что уже есть.
А у Юрия Бояршинова базовое образование было явно не лесохозяйственное, раз
он землеустроительными делами занимался. И повышать ему было нечего (ноль,
умноженный на любое число, дает только ноль), особенно в учебном заведении
дополнительного образования для руководящих работников и специалистов
лесного хозяйства.
Но на днях, ознакамливаясь в Отделе МВД по Майкопскому району с отказными
материалами по нашим заявлениям о незаконных рубках, я увидел блеклую копию
удостоверения о повышении квалификации Ю.В. Бояршинова. Из него я узнал,
что наш «лесопатолог» действительно проходил курсы по повышению
квалификации, но не как специалист-лесопатолог, а по программе
«Государственное управление лесами. Реализация Федерального закона от
30.12.2015 №455-ФЗ «О внесении изменений в Лесной кодекс РФ в части
совершенствования регулирования защиты лесов от вредных организмов». Т.е.
его учили не как правильно вредителей и болезни леса определять, а
вдалбливали в башку 6 рабочих дней подряд (ровно 48 часов) нормы
законодательства о защите леса от вредителей и болезней! Как это ему
помогло разобраться в тонкостях лесопатологического мониторинга, я даже
гадать не хочу, но с тех пор он стал считаться в Адыгее
специалистом-лесопатологом.
Если в отношении чиновников из Управления лесами Адыгеи во главе с их
начальником Рашидом Бельмеховым мне всё предельно ясно (коррупция, она и в
Адыгее коррупция), то с полицией (особенно, если они – сотрудники отдела по
противодействию коррупции) я до конца не разобрался. То ли они страдают
кретинизмом, то ли вместо противодействия коррупции активно ей содействуют?
Третьего быть не может, потому что порядочные и умные люди так себя не
ведут, раз за разом отказывая в возбуждении уголовных дел там, где признаки
незаконных рубок и коррупционных взаимоотношений лезут, как говорится, из
всех щелей.
С уважением, Валерий Бриних
Моб. тел. +7 (918) 425-84-35
Берегите Природу, мать вашу!
лесничестве, я еще осенью прошлого года обратил внимание на одну из
ключевых фигур в схеме нелегальной заготовки древесины в границах
республиканских памятников природы «Массив самшита колхидского» и «Верховья
рек Пшеха и Пшехашха» – лесопатолога Бояршинова Юрия Владимировича. Его
фамилия и подпись мелькают на многих актах лесопатологического обследования
лесных участков, включая и памятники природы, где впоследствии под видом
санитарных произошли варварские рубки живых деревьев ценных пород. Конечно,
не только он один назначал деревья в рубку, но его акты отличались большим
количеством недочетов и ошибок, в т.ч. принципиальных. Когда, например, в
рубку отводились усыхающие деревья, а не уже погибшие, как того требует
режим памятников природы и лесохозяйственный регламент лесничества. И если
по другим лесопатологам, приложившим руку к истреблению кавказских лесов,
можно было определить, где те работают (филиалы Рослесозащиты в Республике
Адыгея и в Тверской области), то в отношении Юрия Бояршинова пришлось
погуглить в интернете.
Оказалось, что этот персонаж живет в Лабинске и работает кадастровым
инженером со статусом индивидуального предпринимателя. Каким боком он влез
в систему лесного хозяйства и кто ему в этом помог, я пока не знаю, но с
2017 года ИП Бояршинов Ю.В. стал регулярно делать по всему лесному фонду
Адыгеи лесопатологические обследования. Причем не в рамках государственного
мониторинга, а по заказам лесозаготовителей – арендаторов типа Александра
Божко, директора АО «Цица». Понятно, что кто платит, тот девушку и танцует.
В задачи Бояршинова входило лишь грамотно оформлять акты
лесопатологического обследования, обосновывая тем самым необходимость
проведения выборочных санитарных рубок там, где просто так рубить нельзя.
Чем он с успехом для собственного кармана и занимался. Только в Цицинском
участковом лесничестве им за 2 года были проведены лесопатологические
обследования в 52-х выделах 11-ти кварталов на общей площади 802,3 га, в
т.ч. в 30-ти выделах 6-ти кварталов особо охраняемых природных территорий
на площади почти 500 га. И это только в одном лесничестве из девяти!
Когда я запросил Управление лесами Республики Адыгея, на каком основании
кадастровый инженер занимается лесопатологическими обследованиями,
требующими специальных знаний, оттуда мне ответили, что всё в порядке. Мол,
в начале 2017 года Бояршинов прошел подготовку на лесопатолога во
Всероссийском институте повышения квалификации работников лесного хозяйства
в г. Пушкино Московской области. Меня этот факт, честно говоря, сильно
удивил. Ведь, рассуждая логически, повысить можно только то, что уже есть.
А у Юрия Бояршинова базовое образование было явно не лесохозяйственное, раз
он землеустроительными делами занимался. И повышать ему было нечего (ноль,
умноженный на любое число, дает только ноль), особенно в учебном заведении
дополнительного образования для руководящих работников и специалистов
лесного хозяйства.
Но на днях, ознакамливаясь в Отделе МВД по Майкопскому району с отказными
материалами по нашим заявлениям о незаконных рубках, я увидел блеклую копию
удостоверения о повышении квалификации Ю.В. Бояршинова. Из него я узнал,
что наш «лесопатолог» действительно проходил курсы по повышению
квалификации, но не как специалист-лесопатолог, а по программе
«Государственное управление лесами. Реализация Федерального закона от
30.12.2015 №455-ФЗ «О внесении изменений в Лесной кодекс РФ в части
совершенствования регулирования защиты лесов от вредных организмов». Т.е.
его учили не как правильно вредителей и болезни леса определять, а
вдалбливали в башку 6 рабочих дней подряд (ровно 48 часов) нормы
законодательства о защите леса от вредителей и болезней! Как это ему
помогло разобраться в тонкостях лесопатологического мониторинга, я даже
гадать не хочу, но с тех пор он стал считаться в Адыгее
специалистом-лесопатологом.
Если в отношении чиновников из Управления лесами Адыгеи во главе с их
начальником Рашидом Бельмеховым мне всё предельно ясно (коррупция, она и в
Адыгее коррупция), то с полицией (особенно, если они – сотрудники отдела по
противодействию коррупции) я до конца не разобрался. То ли они страдают
кретинизмом, то ли вместо противодействия коррупции активно ей содействуют?
Третьего быть не может, потому что порядочные и умные люди так себя не
ведут, раз за разом отказывая в возбуждении уголовных дел там, где признаки
незаконных рубок и коррупционных взаимоотношений лезут, как говорится, из
всех щелей.
С уважением, Валерий Бриних
Моб. тел. +7 (918) 425-84-35
Берегите Природу, мать вашу!
From: "Валерий Бриних" <brin...@gmail.com>
Sent: Sunday, February 17, 2019 9:24
PM
Subject: Лесная мафия в Адыгее: стать лесопатологом
за 48 часов!
Reply all
Reply to author
Forward
0 new messages